Заголовок
Сегодня Вторник, 25 Июль 2017,

на часах 17:46:43 (мск)

Главная страница | Регистрация | Вход

Приветствуем тебя, Пришелец, на нашей базе!

ФОРМА ВХОДА

МИНИ-ЧАТ


ФОРУМ


РЕФЕРЕНДУМ

Кто из женщин самая лучшая пара для Дениела?

Всего ответов: 1360


СЕЙЧАС НА БАЗЕ
Онлайн всего: 3
Гостей: 3
Пользователей: 0




Китеж-град. Ход Ферзём
05 Январь 2017 03:56:35

Внимание! Текст содержит сцены насилия!

Громов не собирался опускать оружие, Краснов и Фэй тоже. Однако все трое быстро оценили, что будет, если Чандлер приведёт свой замысел в действие. О том, что в третьем транспортнике уже никого нет, они знали от капитана Злотникова, и подполковник мог порадоваться, что Артист грамотно оценил обстановку и не замедлил вывести оттуда Кислова и Денисову. Но никто не знал, действительно ли Чандлер установил взрывчатку и в ангаре тоже? А в этом транспортнике не все имели индивидуальные силовые поля, поэтому избежать жертв не представлялось возможным.

– Так, спокойно, ребятки. Мы же тут с вами делаем общее дело, а вы сразу взрывать хотите. Давайте поговорим спокойно. Чего вы хотите?

А пока подполковник пытался поговорить с новоявленными террористами, вспоминая, как ведутся переговоры в таких случаях, капитан Злотников по каналу связи миротворцев получил приказ поискать ещё одну бомбу в ангаре, которая может причинить вред нарийцам, и, если она действительно есть, попытаться быстро перевести их в безопасное место. Семён понял команду и, не снимая маскировки, бросился в расположение нарийцев, мысленно подгоняя свои наномашины:

"Ну же, давайте, родные мои, ищите электронный детонатор в этом районе, скорее!"

При этом Артист получил сообщение от Игоря Андреевича проверить, как себя чувствуют сами нарийцы, так как Стивенсон говорит, что дал им какую-то отраву. Семён и эту задачу принял к выполнению и стал также присматриваться к коротышкам.

Миф прибыл в ангар, если так можно выразиться, немного запыхавшийся, но стимулятор ещё давал о себе знать. Миф окинул помещение взглядом и прикинул, что можно заминировать, дабы было, чем терроризировать людей.

– Ну вот я здесь, и что дальше? Пойти и отпинать всё, что нехорошо лежит, надеясь на то, что взорву?

– Нет, самоубийца. Как я понимаю, все эти миротворцы – это одни и те же люди, так? И та девчонка была ошибочной догадкой, правильно? Прости, я чуть ошиблась.

– Вернёмся к делу, где что лежит, где что... нет, точнее, что, с чем, и где делать? Вот.

– Я вижу одного миротворца, он сейчас возле нарийцев. Видимо, их уже оповестили, и он биотехом пытается найти бомбы. Я свяжусь с ним... стой, я уже сделала ошибку один раз, пожалуй, я лучше поступлю по-другому. Мистер Бука, – вызвала Соловьёва Кира, – у нас тут, в ангаре, одно тело с нейронаноникой шевелится. Не могли бы вы уточнить, это ваш союзник или же минёр?

Мифу же Кира сказала:

– Миф, я начну сканировать, а ты пройдись по ангару, так сможем покрыть тщательнее территорию.

– Прекрасно, я теперь стал твоими ногами, – насмешливо подчеркнул Миф. Парень решил, что нужно пройтись там, где больше народу, возле машин и транспорта.

Игорь Андреевич сначала не понял, каким образом он может помочь с этим, если он не находится в ангаре и не видит, кто там шевелится, поэтому он вспомнил, кто, по его расчётам, должен быть в ангаре: это Громов, Краснов, Фэй, Петровский и Злотников. К ним он и обратился по каналу связи и попросил сообщить, где они в данный момент находятся?

– Я, Краснов и Фэй в нашем транспортнике, Игорь Андреевич, – ответил Громов.

– Я во втором транспортнике, – отозвался Петровский.

– Я всё там же, у лагеря нарийцев, американец с пультом дистанционного управления говорит, что сначала взорвёт их, Громов приказал проверить, не блефует ли он? – ответил Артист, – да и присматриваю, нет ли у коротышек следов отравления, как вы попросили.

– Спасибо, капитан, – ответил Злотникову Игорь Андреевич, – там поблизости от вас прячется Миф, возможно, он сможет вам помочь в поиске.

– Было бы неплохо, чем быстрее мы проверим, тем лучше, – согласился Семён.

– Мисс Невежливость, – обратился Соловьёв к Кире, – думаю, вы видите капитана Семёна Злотникова, не беспокойтесь, он наш и ищет бомбу, которой один из заговорщиков угрожает взорвать нарийцев. Вы можете обратиться к нему, если можете помочь.

Артист тем временем, вспоминая о том, что бомба в третьем транспортнике имеет электронный взрыватель, приводимый в действие дистанционным управлением, подумал: а ведь пульт дистанционного управления должен использовать электромагнитные волны для подачи сигнала на детонатор. И если Древние и Дану освоили беспроводную передачу энергии, то уж известный на Земле диапазон радиочастот подавно должны были изучить. Что, если в малых кораблях есть какие-нибудь средства радиоэлектронной борьбы, которые могут поставить помехи по всему известному диапазону, чтобы пульт в руках Чандлера стал бесполезен? Ведь миротворец может незаметно проникнуть на корабль и воспользоваться этими средствами, если знает, как! С этим вопросом Артист обратился к своим наномашинам.

К тому моменту наномашины уже собрали некоторую часть общего устройства. Нейронаноника начинала пока ещё неуверенно, но работать в унисон с процессорами костюма, и Артист мог получить все ответы на свои вопросы, причем достаточно исчерпывающие. Во-первых, Артист получил положительный ответ от нейронаноники по поводу средств РЭБ: корабли москитного флота, да и сам Артист, могли ставить помехи, тем самым превратив пульт в руках американца в бесполезную игрушку.

Во-вторых, сканирование местности показало, в том числе и при помощи кораблей в ангаре, что в нём спрятано с десяток устройств с похожими сигналами на устройство в третьем транспортнике, и один из сигналов исходит от нескольких Прыгунов, которые находились в непосредственной близости от лагеря нарийцев. Возможно, самим взрывом их и не задело бы, но вторичные взрывы и осколки, которые от мощности взрыва могли превратиться в смертоносную шрапнель, нанесли бы серьезный урон маленькому народцу.

Сами нарийцы, похоже, начали испытывать каике-то проблемы. Артист видел, как дети вместо того, чтобы продолжать свои занятия: бегать, играть и восхищаться происходящим, всё больше проводили со своими родителями. Кто-то плакал, кто-то просто лежал. Взрослые тоже особо не радовались.

Получив положительный ответ насчёт средств РЭБ, Артист обрадовался и немедленно сообщил об этом Громову. Константин Николаевич, пока не дождавшийся какого-нибудь ответа от Чандлера на свой вопрос, одобрил предложение, но сделал вывод, что, раз Семён может и сам такое сделать, без обращения к контрольной панели корабля, то это же в состоянии сделать и те, кто сейчас держит на мушке Чандлера и Хьюстона, то есть сам Громов, Краснов и Фэй.

Приказав Злотникову начать вывод нарийцев в медицинский отсек, Громов и двое его напарников отдали своим наномашинам команды сделать всё, что нужно, чтобы заблокировать помехами пульт Чандлера. Получив ответ об исполнении команды, Константин Николаевич снова обратился к американцам:

– Итак, раз вы не знаете, чего хотите, ребятки, значит вы, вероятно, блефуете, так что давайте-ка сюда вашу игрушку, или мы заберём её сами... два раза просить не буду, – Громов всем своим видом показывал, что пульт будет отобран принудительно, если Чандлер откажется отдавать его. Артист в это время, не дождавшись сигналов от Киры, передал сообщение Игорю Андреевичу. Тот пообещал явиться немедленно.

Чандлер, очевидно, ожидал приказа или ещё чего-то по своей рации. Но помехи, поставленные миротворцами, заглушили не только его пульт, но и рацию. И когда приказа не поступило, а Громов начал действовать, Чандлер просто выпустил из руки пульт. Одновременно с этим Хьюстон ринулся в атаку, попытался сбить с ног Громова. Но Константин был не из тех, кого можно было просто так опрокинуть, годы службы не прошли даром. Само собой, подполковник предпочёл не стрелять, хотел взять насильника живьем. Однако веса и роста в чернокожем было столько, что ему удалось вытолкнуть Константина за пределы медотсека.

Константин понял, что встретил достойного соперника. Хьюстон, по всей видимости, отступать не собирался и, вытолкнув Громова в коридор, схватил его обеими руками за корпус и прижал к стене, собираясь добить кулаками противника, который оказался в не самом выгодном положении для того, чтобы отбиться. Но подполковник, половина тела которого возвышалась над головой Хьюстона в силу особенности захвата, который тот произвёл, вспомнил один из типовых оборонительных ходов известного специалиста по восточным единоборствам Чака Норриса, и что есть силы ударил тыльными сторонами запястий по обеим щекам Хьюстона в сходящемся направлении. Боль, полученная американцем, заставила его выпустить Громова из своей хватки, и не успел он опомниться, как получил увесистый удар локтем в лицо от пришедшего на помощь вратаря команды Краснова – сержанта Мухина. Тот услышал, что здесь что-то происходит, и решил прийти на помощь.

Краснов, видимо, тоже решил, что стрелять в таком маленьком помещении глупо – рикошет мог попасть в кого угодно, а на кушетке до сих пор лежала полуголая девушка без сознания. Здоровяк нанес несколько сильнейших ударов по Чандлеру, чьё лицо вытянулось от изумления, ведь взрывов не последовало. Но тут Краснов натолкнулся на неприятную неожиданность. Сержанта защищало силовое поле Древних – личный щит. Очевидно, до этого устройство, которое забрал с кресла транспортника сержант, было в режиме ожидания и почти ничего не излучало. По крайней мере, не до конца установленная нейронаноника не могла его засечь. И теперь поле работало в полную силу: очевидно, сержант ожидал взрыва и надеялся выжить, используя это устройство.

Фей же была в ярости, ведь Лин Чилин была её лучшей подругой. Она с трудом сдерживала себя, когда американец держал пульт, но сейчас она очень сильно хотела накостылять обоим! Краснов понял, что с Чандлером будет сложнее. Да, взрывы устроить ему не удалось, только появилась проблема с щитом, который, как известно, экранировал всё и вся, и при попытке удара мог бы и самого Краснова отшвырнуть подальше, не будь тот здоровяком. Вадим не был уверен, что в этом случае его новый костюм поможет ему, поскольку Кромверк говорила о том, что он не совсем боевой. Зато наномашины напомнили ему, что есть ещё и усиленная штурмовая броня, и майор сразу подумал о Мифе.

– Капитан Злотников, Игорь Андреевич! Пульт обезврежен, но нам бы сейчас не помешала помощь Мифа, а то наш "приятель", похоже, вооружился прибором индивидуального поля Древних, и мы не можем его взять, – передал Краснов по каналу связи миротворцев. Игорь Андреевич уже находился в ангаре и поймал сообщение. Он не знал, чем там сейчас занимается Миф, поскольку не видел его, поэтому позвал китежанку, которая у того в костюме:

– Кира! Мы обезвредили пульт у минёра, но сам минёр, похоже, защитился прибором индивидуального силового поля, из-за этого его не могут нейтрализовать. Не мог бы Миф помочь ребятам, которые в моём транспортнике?

Кире уже как-то надоело быть личной секретаршей, и она понимала каково это было остальным. Поэтому она решила поменьше скрывать от Мифа, и сделала общий чат.

– Что? А это что ещё? – малость удивился Миф. Но, услышав, что произошло и где, двинул в транспорт, взяв винтовку прикладом к плечу.

– Мне кажется, что это для нас обоих. Слушай внимательно: тебе придется делать много выстрелов на самом малом режиме, чтобы щит цели иссяк, на нужной стадии я остановлю твой палец. Вперёд! – вкрадчиво пояснила девушка, а в конце так вообще подогнала. Зайдя в транспортник, Миф направился к указанному Кирой месту, контролируя происходящее перед ним и не боясь снять маскировку. Костюм очень помогал в этой ситуации, отделяя своих от чужих. Первые живые, которые попались на глаза – это была пара Хьюстон-Громов, где вроде бы справлялись и без него. Далее солдат-учёный умчался в медотсек, где увидел цель – вот она, вражина! Чандлер явно показался Мифу очень довольным внутри, но немного расстроенным снаружи. Миф начал судорожно стрелять в минёра, идя в упор. Подрывы плазмы на щите показывали состояние силового поля, и по известной Кире сигнатуре вовремя был определён стоп-момент, когда щит ослабел достаточно. Миф ощутил его, и убрал ствол.

– Его щиту теперь обычного щелбана хватит для разрядки, – решила удовлетворить Мифа Кира. Миф к тому времени уже начал как-то свыкаться со вторым голосом в голове и начал доверять ему, как себе. Он резко подвёл руку к мигающему щиту, сделал паузу и демонстративно ударил пальцем, после чего щит полностью иссяк. Самодовольно повесив старган на спину, парень со смешком показал рукой на Чандлера:

– Он ваш, – после чего осмотрелся на помещение. Краснов тоже подумывал о том, чтобы воспользоваться своим плазменным пистолетом и подсобить Мифу, но решил посмотреть, насколько мощное у него ружьё, может быть, удастся и им обойтись и своих пистолетов пока не показывать. Поэтому он с интересом и одновременно злорадством смотрел на Чандлера, ожидая, какие ещё козыри он вытащит из рукава, и на всякий случай тоже перевёл свой щиты в активный режим, на случай, если Чандлер тоже какой-нибудь мощный пистолет из подштанников достанет.

Фей, когда Миф начал стрелять, тут же бросилась к Чилин, чтобы сначала прикрыть подругу своим щитом, так как американский сержант находился относительно недалеко от кушетки, на которой лежала девушка, и пучки плазмы после встречи с щитом американца, распадаясь, могли её задеть или один из таких шаров мог отскочить от щита и попасть в Лин. По крайней мере, так считала сама Фей. Чжан прикрыла оголённую плоть своей подруги, предварительно оттащив её в противоположный угол медотсека. Тем временем человек в странной броне перестал стрелять, и, когда щит Чандлера иссяк, и Миф сказал, что американца можно брать, Краснов победоносно осведомился:

– Ну, парень, теперь сдашься, или у тебя ещё что-нибудь в кармане? – но Фей было уже плевать на сантименты: этот негодяй хотел взорвать половину ангара, убить её подругу, а его друг перед этим вознамеривался надругаться над ней. Поэтому китаянка, сделав быстрый шаг вперед, напала на американца. Тот, в свою очередь, находился в изумлении. Только что у него были все козыри на руках, а минуту спустя он этими же руками закрывал лицо от плазменных шаров. Щит, само собой, защищал, но реакция сработала на подсознательном уровне, поэтому, когда с ним заговорили, он ещё держал руки у лица и не понимал, не признавал, что щита больше нет и он уязвим.

Первый удар Фей он просто не увидел, она ударила ногой в колено – оно, естественно, подогнулось, и Чандлер упал на колено. Но уже от второго удара он хотел было защитится, но Фей была гораздо быстрей. Девушка была в ярости, и нейронаноника, наверное, расценила желание вырубить супостата как приказ и сгенерировала заряд статического электричества достаточной мощности, чтобы вырубить взрослого человека. Эффект был, как от удара электрошокером.

Чандлер рухнул без сознания, а на его подбородке красовались красный след от электрического ожога. Впрочем, ожог, конечно, сильно сказано, скорей сильное покраснение в виде кулака, которое со временем сойдёт.

– Прикинь, – голографическое изображение Киры появилось на визоре, – обнаженную грудь той девушки я тоже засняла. Так, что у тебя уже целая коллекция прям.

Хьюстон тем временем утёр кровь с разбитой губы и мрачно смотрел на русских. Он ткнул пальцем в сторону Громова, затем на себя, потом поднял кулаки в боксёрской стойке. Мухин стоял рядом с подполковником и не собирался стоять в сторонке.

– Отдохни, – Громов хлопнул по плечу сержанта Мухина. Спорить с подполковником тот не стал. Хьюстон был выше Громова, а руки его были длиннее, но Громов был шире в плечах.

Чернокожий провел пробную серию ударов, нащупывая оборону Константина, но русский оказался достаточно быстрым и проворным, что, безусловно удивило американца. Громов успел поднырнуть под руку, как раз в тот момент, когда американец совершал один из ударов, и нанёс ему несколько ударов в корпус. Длинные руки давали Хьюстону преимущество, но и более низкий рост для Громова был преимуществом. Американец стал было отступать, прикрывая левый бок, куда получил сокрушительный удар по ребрам, но Громова было уже не остановить. Он, как Бенни Уркидес, осыпал ударами ушедшего в глухую оборону и отступающего американца.

Хьюстон и рад был бы разорвать дистанцию и держать на расстоянии бешеного русского, но в отсеке корабля не было места для особых манёвров. Тогда американец принял единственное очевидное для себя решение: схватил Громова в клинч. Если уж он не мог разорвать дистанцию, то лучше схватить русского и не дать ему наносить удары. Сержант, видимо, забыл, что рукопашный бой спецназа – это не только удары, но и борьба, причём очень жёсткая местами. Хьюстон успел только охнуть. Из глаз посыпались искры. Он так и не понял, как оказался на полу, приложившись головой о стену. Его рука будто в мощных тисках оказалась. Чернокожий начал бороться: силы еще оставались, да и азам борьбы их обучали, правда, сам Хьюстон предпочитал кикбоксинг и бокс, смешанные единоборства он не очень любил. А зря.

Из захвата американец выбрался: Громов отпустил руку, но подполковник тут же применил удушающий приём. И как бы Хьюстон ни старался выбраться, у него не получалось. С каждой секундой американец слабел.

– Тссс, тихо, тихо... – приговаривал Громов, удерживая слабеющего американца в захвате, – что ты разбушевался?

Наконец, Константин, когда Хьюстон уже не мог сопротивляться, согнул мощного афроамериканца и победоносно завершил бой ударом в лицо коленом, после которого Хьюстон свалился без сознания. Убивать его Громов, разумеется, не собирался: предатель уже получил достаточно за нанесение телесных повреждений Лин Чилин и попытку изнасилования. Они с Мухиным втащили его в отсек, где основные действия тоже завершились. Краснов спокойно отреагировал на действия Фэй и не стал вмешиваться, понимая, что Чжан в состоянии справиться с супостатом сама. Убедившись, что больше Чандлеру предъявить нечего, Вадим повернулся к парню в броне и поднял вверх большой палец руки.

– Отличная работа, Миф, ты вовремя! – поблагодарил суперсолдата Краснов. Миф, стоящий спиной к Вадиму, обернулся, посмотрев из-за плеча на него, кивнул и подвесил Звёздную пушку на спину. Краснов обратился к Фэй:

– Чжан, что с доктором Чилин? – Фэй вернулась к своей подруге и привела её одежду в порядок.

– Жива, только без сознания... кажется, эти скоты ударили её по голове. Лин, девочка моя, ты слышишь меня? – Чжан попыталась привести Лин в чувство, и вскоре ей это удалось.

– Чжан, это ты? – простонала Лин, – ой, больно! Что происходит? Я совершенно не ожидала нападения...

– Это наши американские "союзнички" решили устроить тут бунт, – ответила Фэй, – и довольно серьёзный. Они хотят просто избавиться от нас...

– Ужас какой-то... – нахмурилась Лин, – что мы им сделали?

– Мы думаем, они просто считают, что должны быть здесь главными, – сказала Чжан, – давай я помогу тебе сесть в кресло.

С помощью Фэй Лин встала на ноги и доковыляла до кресла, в котором лежала без сознания. Чжан запустила процедуру лечения, которая, к счастью, не должна была занять много времени, так как Лин отделалась сильным ушибом. А Краснов тем временем беседовал по каналу связи миротворцев с Петровским, обсуждая, что делать дальше? Пульт Чандлера был заблокирован, однако, взрывные устройства продолжали оставаться на местах, и Краснов с Петровским рассудили, что пора привлекать к делу сапёров. Перебирая в памяти силовиков из российско-китайской части экспедиции, Петровский остановился на входящей в экипаж второго транспортника Злате: она была не только снайпером, но и сапёром, который оказался как раз под рукой.

– Что будем делать дальше, подполковник? – осведомился Краснов, – попытаемся разминировать ангар?

– Попробуем, – согласился Громов, – где у нас сапёры?

– Петровский сказал, что один из сапёров – Злата, – сообщил Вадим, – вот и работёнка для неё.

– Хорошо, но я бы посоветовал ей работать под маскировкой, которой у неё пока нет. Кстати, сейчас доложу Тихонову...

"А она молодец", – подумал Миф, вообще-то собиравшийся покинуть транспортник и заняться своим планом действий, – "ещё и сапер!»

Как раз посмотрим, что там нового у Тихонова. Юля никак не успела отреагировать на происходящее: настолько быстро всё произошло, а потом, чувствуя жуткую слабость, просто уронила голову на руки. Угрозы Смирнова и Тихонова тоже показались ей смешными, вероятно, всё, с чем она не была согласна, вызывало у неё смех, проблема была только в том, что Тихонова это мало волновало. И всё же девушка попыталась настоять на своём предложении:

– Андрей Юрьевич, я не шутила, когда сказала, что без колебаний уничтожу себя, чтоб спасти жизнь Анастасии Сергеевне и предотвратить бойню. А теперь не сомневаюсь, что если так и дальше пойдёт, то произойдёт столкновение. Сейчас Нортон ещё не знает о том, что попытка Стивенсона арестовать вас провалилась, но, боюсь, неведение продлиться недолго. Он повторит её, и будет бойня. И я сильно сомневаюсь, что жизни их сообщников имеют хоть малейшее значение для них, так же, как и жизнь Анастасии Сергеевны... и многих других на этой базе. Поймите, мне кажется, будет справедливо, если люди узнают, что вам выдвинуты условия, – девушка подняла голову выразительно посмотрела на Тихонова, а потом положила руки на подлокотники кресла и начала выстукивать пальчиком морзянку: "Я не шучу. Вокруг меня кислородная сфера. Одна искра, и об антителах можете забыть".

– Они считают меня чудовищем, которое нужно держать в камере и под присмотром учёных, были уверены, что я нападу на них, но я не хочу убивать. Но я не позволю ни им, ни вам довести до бойни. Когда Анастасия Сергеевна будет здесь, я позволю ей подойти, чтоб взять кровь. К тому же она единственная, кто сможет приготовить сыворотку.

Девушка вновь перешла на морзянку: "Воспользуйтесь тем, что они ничего не знают о том, что произошло здесь. Пускай думают, что они в безопасности".

Андрей Юрьевич выслушал длинную речь Юли, которая вызвала у него весьма неоднозначное впечатление: постоянные угрозы сжечь себя неизвестно зачем, как будто она ещё не поняла, что он полковник ГРУ; какие-то выдвижения условий, из которых непонятно, на чьей она вообще стороне, если не представляет какую-то третью сторону; констатация некоторых и так очевидных ему вещей; игра в азбуку Морзе. Девчонку определённо надо было куда-нибудь вежливо отослать, чтобы не мешала работать. Поэтому он вспомнил о Гарсиме, которого Юля намедни отчаянно защищала и готова была броситься на тех, в чьих руках он оказался.

– Я понял вас, Юлия Викторовна, – ответил Тихонов, – если вы хотите помочь нам, будьте добры, сходите, посмотрите, как там паренёк, о котором вы так печётесь, может, он уже пришёл в себя.

Юля мгновенно ощутила сомнения, охватившие полковника. Девушка горько усмехнулась: по её мнению, они никогда не научатся ей доверять. Девчонка встала, покачнулась, поскольку у неё закружилась голова, но на ногах устояла. В комнате запахло озоном – кислородная сфера рассеялась. В эти мгновения девушка напоминала затравленного зверька, которого трясло от одной мысли о возможном будущем. Она не боялась смерти, но не хотела пересечь тонкую грань, которая превратит её из солдата в убийцу и в тоже время опасалась вновь оказаться в руках учёных.

– Я пойду к мальчику. В создавшейся ситуации ему и впрямь нужна защита... – голос девчонки дрогнул. Кого она обманывала? Себя? Едва ли сейчас она не могла защитить его. Если произойдёт раскол и люди Тихонова потребуют того же, что потребовали американцы, то не только парень, но и она сама окажется за решёткой. А драться, применить силу она не могла. Это означало бы пойти против своих. Не пройдя и двух шагов, она остановилась. Дышала девчонка тяжело. Она повернулась и вновь посмотрела в глаза полковника, словно пыталась проникнуть в его мысли.

– Андрей Юрьевич, возможно, скоро к вам придут ваши люди и выдвинут вам свои условия. Помните, что они просто испуганны. Любой, кто оказался бы на их месте, тоже был бы в ужасе, – Юля вновь горько улыбнулась, вспоминая взгляд Желтова, – попробуйте объяснить им, что страх не лучший советчик там, где нужно искать союзников. Именно потому, что я на вашей стороне, я не могу допустить, чтобы план Нортона удался. Он хочет раскола между вами... он знает, что американцы, а, может, и прочие иностранцы итак пойдут за ним, но ему этого мало. Он хочет столкнуть вас с вашими же людьми, Андрей Юрьевич, и хочет использовать для этого меня. Он знает мой страх, и хочет его обернуть против меня. Он провоцирует меня так же, как провоцирует вас.

Но у Андрея Юрьевича уже не было времени комментировать очередной монолог Юли, который и вовсе был, словно молитва Богу. Его подопечные в это время явили первые результаты обыска, поэтому полковник небрежно отмахнулся и сказал:

– Хорошо, хорошо, идите, Юлия Викторовна, не заставляйте меня повторять дважды... доктор Джексон, попросите Фенриса указать, где находятся ваши инопланетные знакомые.

Даниель выполнил просьбу, и Фенрис, выглянув в коридор, указал Юле на одну дверь, и сказал "Гарсим", указал на другую, и сказал "Рэй, Читари".

– Так зовут наших новых знакомых, – пояснил в свою очередь Даниель. Юля вздохнула и молча последовала по коридору в палату мальчика.

– Итак, что там у нас? – осведомился Тихонов, когда удалось, наконец, отослать Юлю с её странными предложениями.

Приказ Тихонова про обыск весьма ободрил Вонга, он решил было начать эту процедуру с девушки, но Дельгадо обломала красавца, заявив что-то вроде «тут не лапать нужно, а обыскивать», правда, постеснявшись более колких слов перед начальством, которые она обычно отпускала в сторону Вонга. Вонгу пришлось довольствоваться Стивенсоном, а Смирнов обыскивал Желтова. Фенрис тем временем уже стащил солдат в аккуратную линию.

– У этого отдельная рация с зашифрованным каналом, – указал на Стивенсона Вонг, – и пистолет.

Это был пистолет Глок 17, которым учёный так и не успел воспользоваться, но теперь, видимо, не было смысла дальше дёргаться.

– Неплохо подготовился, – иронично прокомментировал Тихонов.

– У этой тоже рация и запароленный планшет, – явила свои трофеи Амелия.

– Не густо, – заметил Андрей Юрьевич, – но в планшете тоже может что-нибудь интересное.

– А мне, пожалуй, трофеями особо не похвастаться, – насмешливо сказал Смирнов, разворачивая всю шелуху, которую нашёл у Желтова, – думаю, этот парень здесь вообще всего лишь пешка, которую соблазнили возможностью напакостить Громову, и особой ценности для них не представляет.

Желтов выглядел уже менее самодовольно. С него слезла спесь, и он всё больше что-то скулил невразумительное. Стивенсон же сохранял самодовольное выражение лица и молчал. Из всей этой компании, видимо, Стивенсон имел больше авторитета, потому что Желтов был бы рад уже сдаться или расколоться, но не решался этого сделать. Видимо, он боялся своего американского коллегу сильней Тихонова или возможности остаться наедине в камере с Никассарами. У него действительно ничего не оказалось. Были, конечно, записные книжки, ручки и прочая шелуха, но явно ничего ценного для дела.

Игорь Андреевич в это время, пользуясь занятостью остальных пленниками, которым было, наверно, уже не до него, с разрешения Тихонова отошёл за спины обыскивающих и контролирующих, после чего скрылся под маскировкой и тихонько удалился в основной ангар к нарийцам.

– Так, ясно, – сказал Тихонов, – следующие вопросы к вам, Амелия, и к вам, Диана Валентиновна. Во-первых, что там с рациями, лейтенант? Их сообщники слышали то, что здесь произошло?

– Полагаю, что да, – отвечала Амелия, она разбиралась в подобных устройствах, – но сейчас они отключены, и мы можем разговаривать беспрепятственно.

– Во-вторых, вы, Диана Валентиновна, полагаю, можете сейчас взломать планшет и посмотреть, что там интересного?

– Попробую взломать, – улыбаясь сказала Кромверк. Но девица была, похоже, другого мнения. Она ударила локтем Амелию и кинулась к планшету, но американку защищало поле, пусть даже и в пассивном режиме, так что та не успела сделать и шага, как Дельгадо перехватила её и бросила на пол, заломив правую руку за спину. Девица плевалась, извивалась и ругалась. Дельгадо, казалось, от таких эпитетов, несмотря на свою смуглую кожу, аж покраснела.

– Интересно, что там такого, что стоит такой защиты? – теперь Диана не на шутку заинтересовалась планшетом и начала его исследовать. Стивенсон было тоже дёрнулся, но против Вонга и Фенриса не попрёшь. Здоровяк как-то незаметно оказался рядом и теперь его улыбка не была доброжелательной, по крайней мере для Стивенсона. Она и до этого из-за острых зубов не очень походила на доброжелательную, а теперь и вообще заставляла охладить свой пыл. Поэтому американцу ничего не оставалось, как просто скрипеть зубами и гневно смотреть на Кромверк. Ну а Смирнов ради профилактики отвесил Желтову подзатыльник. Даниель с Фенрисом наблюдали, как дёргается девица, и иронично переговаривались на языке мародёров.

– Сколько, однако, ярости у наших "приятелей", – заметил доктор Джексон.

– Чем же вы им так не угодили? – с улыбкой спрашивал Фенрис.

– Ну... не знаю, как в вашем обществе, а в нашем, к сожалению, живёт много разных народов, которые пока не могут прийти к всеобщей гармонии и перестать драться друг с другом за лидерство, – попытался объяснить Даниель, – вот и здесь, похоже, те, кто по объективным причинам находится в меньшинстве, решили, что у них больше прав на командование... всё это длинная история, Фенрис, и не особенно приятная.

Кромверк после того, как она в прошедшей миссии легко разобралась с компьютерами мародёров, да ещё дистанционно, не составило труда взломать планшет девицы. Нейронаноника с её совершенным программным обеспечением своё дело сделала, и, получив доступ к планшету, Диана стала быстренько просматривать его содержимое, чтобы узнать, что же там прячут, что за него практически развернулась схватка?

– Что скажете, Диана Валентиновна? – ждал результатов Тихонов.

– Андрей Юрьевич, Даниель, – несколько встревоженно отвечала Кромверк, – давайте отойдём немного.

Видя тревогу девушки, Тихонов и доктор Джексон отошли с Дианой в противоположную сторону комнаты.

– Тут установлено очень мощное шифрование данных, настолько, что обычными методами их просто не расшифровать, – дождавшись, когда подойдёт и Даниель тоже, начала рассказывать девушка, – но, благодаря нанитам, мне удалось подобрать нужный ключик. Посмотрите, что я обнаружила.

Данные на планшете не были из разряда "мы такие-сякие, плохие решили сделать то-то, то-то", правда, схема ангара и установленных там бомб была. Но были так же и другие планы, не просто же так эти бомбы были установлены. И, судя по ним, эти бомбы должны были уничтожить большую часть вооруженных сил экспедиции, пока отдельные бойцы занимают позиции в рубке управления городом и центре управления Звёздными вратами. Противник хотел закрыть ворота, тем самым отрезав путь к вратам и центру управления. Взяв эти два пункта под контроль, можно было держать в заложниках целую экспедицию, и не только.

Судя по всему, заговорщики, хотели уничтожить военных, захватив только учёных, а затем, очевидно, при помощи Звёздных врат получить подкрепление. Но открытие нейронаноники, нижних этажей и мародёров изменило планы заговорщиков, и им пришлось форсировать события, изображать переворот, минировать корабли и травить нарийцев.

Если Тихонов с присущим разведчику спокойствием лицезрел план уничтожения противника, под которым, видимо, подразумевалась российская часть экспедиции и те, кто на их стороне, то Даниель не верил своим глазам. Особенно когда все трое поняли, что Нортон и его люди рассчитывают на подкрепление через Звёздные врата, контроль над которыми так же планируют установить. Казалось очевидным, что подкрепление может прийти только с Земли, так как другую галактику нельзя набрать на любом наборном устройстве Млечного Пути, и это заставило Даниеля считать, что за этим всё же стоит Пентагон, значит, Лэндри, О'Нилл и Картер могут быть участниками этого акта, или кто-то из них. И они спланировали всё это заранее, ещё до отправки в Китеж!

Доктор Джексон сильно помрачнел. Он понимал, что раньше русские не совершали таких грандиозных открытий, на приоритетное пользование которыми могли реально претендовать, и это должно было взбесить Пентагон, но всё же Даниель такого от своих военных не ожидал.

"Как вы могли, ребята... ну это же явное перегибание палки!" – досадовал про себя Даниель, – "вы хоть понимаете, какой это удар по дипломатическим отношениям??? Всё, чего мы достигли за более чем 15 лет, полетит к чертям!!!"

Впрочем, разбираться сейчас было не с кем, нужно было решать, что делать. И как раз в это время Тихонову стали поступать сообщения. Первое – от Громова, доклад о том, чем закончилось действие в его транспортнике. Андрей Юрьевич разрешил приступить к разминированию и поддержал Константина Николаевича в том, что Злату надо как-то прикрыть, и, если понадобится, взять ещё сапёров в помощь. Нейтрализованных Чандлера и Хьюстона Андрей Юрьевич приказал так же скрытно переправить в тюремный комплекс и посадить в отдельные камеры, этим собрались заняться Громов, Фэй, сержант Мухин и один из бойцов Краснова после того, как кресло завершит лечение Лин Чилин. Сам же Краснов получил распоряжение вместе с остальной своей командой немедленно выдвинуться в центр управления Звёздными вратами и установить контроль над помещением. Майор со своей командой отправился выполнять своё задание. Лин Чилин после завершения лечения запланировали отправить на корабль капитана Злотникова.

По указанию Тихонова Диана Валентиновна переслала Петровскому обнаруженный в планшете план закладки бомб, и тот вызвал Злату:

– Лейтенант Малена, нам предстоит работа по разминированию ангара. Мы заблокировали пульт дистанционного управления помехами, теперь нужно попытаться обезвредить бомбы, которые заложили янки.

– Поняла, принято. Известно, с какими именно бомбами придется иметь дело? – ответила Владлена по рации, выключив режим весёлой девушки и перейдя на холодного и расчётливого снайпера. Сама же подхватилась приготавливать нужное снаряжение.

– Да в общем-то только то, что у них детонаторы, приводимые в действие пультом дистанционного управления. Две бомбы заложены в транспортники первой и третьей группы, причём в местах, где даже небольшого запаса пластида достаточно, чтобы корабль был почти полностью разрушен. Можем начать с них, остальное, думаю, увидим на месте, – ответил Петровский.

Громов же обратился к Мифу:

– Миф, лейтенанту Маленой нужно прикрытие во время работы, желательно, чтобы её вообще не видели. Вы можете помочь?

– Если вы имели ввиду огневую поддержку тыла, то у меня были некоторые другие планы на свое "весёлое" времяпровождение, – высказался парень, но тут к беседе подключилась Кира в виде голограммы рядом с собеседниками: Мифу – в визоре, а Громову – как трансляция на сетчатку глаза.

– К сожалению, мне придётся долго ждать пока наш Друг додумается, – указывая рукой на Мифа, заговорила Кира, – а точнее, он пока не осведомлён о тех возможностях, что есть у вас, а потому у меня есть идея. У вас есть авторизованные дроны Миротворцев, они многофункциональны, и маскировка у них тоже есть, но их проблема в том, что чем больше объемы изображения, тем меньше качество. Есть приятный бонус в том, что каждый имеет свой достаточно мощный ВИ. А потому, если вы примете мой додаток программного типа, то пара ваших дронов могут спокойно создать нужную рабочую среду для Златы, – объясняла Рыжая, активно жестикулируя.

– Окей, а они могут найти и оттырить тех, кто удерживает Сотникову? Нет? – чем-то недоволен был Миф, – вот и хорошо... Значит мне это и достанется.

Миф на секунду забыл о присутствующих, секундой позже только понял, что Кира как будто специально выманила его раскрыть свой план.

– Ты что, специально это сделала? – развёл руками Миф.

– Если ты о том, чтобы ты поменьше скрывал от начальства, то да, круто я тебя обвела, скажи?

Миф тем временем скрестил руки на груди и, смотря на Громова, ожидал стандартных ругательств военных Таури. Громов хотел ответить Мифу сразу, но появление незнакомой рыжей девицы, которая, судя по всему, хорошо знакома с Мифом, сбило подполковника. Сначала он в недоумении смотрел на неё, и подумал: "Может, Игорь Андреевич знает, кто это?" Громов вызвал Соловьёва по каналу связи миротворцев и сказал, что видит какую-то женщину, которая разговаривает с Мифом и знает о технологиях миротворцев, и осведомился, не известно ли Игорю, что бы это значило?

– А... думаю, это китежанка Кира, её сознание находится в костюме Мифа, и она может через его костюм выходить на связь с нами, – ответил Соловьёв по своему каналу, – всё в порядке, она помогает нам.

– Хм, ну ладно, – ответил Громов. Но не только этот вопрос его интересовал из того, что он услышал сейчас. Впрочем, насчёт ВИ ему подсказали его собственные наномашины: ВИ – это виртуальный интеллект. А третий вопрос он захотел обсудить вживую и обратился к Мифу и голограмме Киры:

– Ну что ж, спасибо, Кира, что ответили за меня, что я имею в виду под прикрытием, и мне неважно, каким образом будет обеспечена маскировка, мне нужен результат.

– Что ж, тогда я вам выслала нужную программу. А там уже всё зависит от ваших команд дронам, – молвила Кира. Громов получил программу и поделился ей с Фэй, а также переслал Петровскому, одобрительно кивнув Кире.

– Но насчёт Сотниковой не стоит торопиться. В контртеррористических операциях самодеятельность может привести к плачевным последствиям. Итак, что вы предлагаете сделать? – продолжал Громов.

– Ооох, – вздохнул Миф, – я думал через сенсоры Прыгуна просканировать город. Потом логическим подбором определить, кто есть что, потом по-тихому пробраться и так же вывести доктора. И, честно говоря, было бы неплохо заиметь зет для мирного решения проблемы, – добавил Миф.

– Логическим подбором? – переспросил Громов, – это не гарантирует безошибочность. И я сомневаюсь, что вам удастся вывести доктора по-тихому. Эти двое уже дали нам понять, что заговорщики хорошо подготовились, и от них можно ожидать всё.

Подполковник брезгливо посмотрел на Чандлера и Хьюстона, и передал предложение Мифа Тихонову. Полковник ответил, что было бы неплохо, если Миф сможет хотя бы определить, где Сотникова, и какова там оперативная обстановка, но потребовал не предпринимать самостоятельно никаких действий: есть вероятность, что удастся создать более выгодные условия для её освобождения.

– Я связался с полковником Тихоновым, – продолжил Громов после паузы, – он даёт добро на поиск Сотниковой, но велел ничего не предпринимать самостоятельно. Похоже, у Тихонова тоже есть план, который может облегчить вам задачу и даже подтвердить правильность вашего логического подбора. Поэтому действуем так: вы с Кирой займётесь поиском, как вы задумали, когда будут результаты, сообщите нам по нашему каналу, Кира, я полагаю, знает, какому. Зет вам дадут, если понадобится. А мы пока займёмся своим делом. Фэй, поняли, что делать с дроном?

– Да, Константин Николаевич, – ответила Чжан. Кресло тем временем закончило лечение Лин Чилин, и девушка смогла встать с него. Она чувствовала себя нормально, и Громов распорядился:

– Так, капитан, проводите доктора Чилин на корабль капитана Злотникова. После этого вы с Петровским обеспечите Злате прикрытие и возвращаетесь сюда, нам нужно переправить этих двоих в тюрьму. Миф, приступайте к поиску. Работаем!

Чжан взяла подругу за руку и повела её на корабль Артиста, скрыв маскировочным полем, когда стали выходить из транспортника.

Следующее сообщение Тихонов получил от Соловьёва и Злотникова: у нарийцев действительно признаки отравления. При этом у Учибы и его помощника, уполномоченного Дагосской, которых Игорь Андреевич собирался взять с собой в полёт, ничего такого не было, видимо, потому что они почти всё время были либо на корабле, либо с Игорем, и ничего от Стивенсона принять не успели. Соловьёв полагал, что раз нарийцы какое-то время до нападения Никассаров, Уатов и Ранахонов на Китеж жили здесь, то медицинские системы Древних должны быть "знакомы" с их организмами, и предложил перебазировать их тоже на палубу обеспечения, чтобы немедленно приступить к диагностике. Андрей Юрьевич и это одобрил, а также распорядился выйти на связь с флотом, который всё ещё висит под куполом пригорода, и приказать всем вернуться обратно: было очевидно, что полёт по городу пока откладывается.

Игорь Андреевич не совсем согласился с приказом и сообщил Тихонову:

– Андрей Юрьевич, я боюсь, что от меня здесь пока мало толку, я ведь всего лишь историк-археолог... я бы очень хотел сейчас отправиться на поиски Насти и попытаться вытащить её, но понимаю, что вы не позволите мне этого. А раз так, разрешите мне всё же отправиться в город и хотя бы посмотреть, есть ли ещё возможность кого-нибудь спасти?

– На чём вы полетите, Игорь Андреевич? – осведомился полковник.

– Ну, транспортник капитана Злотникова вроде бы не заминирован, и мы можем его использовать, – ответил Соловьёв, – и военные входят в экипаж.

– Хорошо, высылайте нарийцев в медотсек и можете лететь в город, – разрешил Тихонов, – капитан Злотников, вы остаётесь командовать этой миссией. Возьмите с собой 4 тяжёлых истребителя для прикрытия. Всех остальных вернуть из пригорода на базу. Лейтенант Малена с вами не летит, она займётся разминированием ангара, мы переслали Петровскому план закладки бомб. И дождитесь доктора Чилин, её скоро приведут к вам.

– Понял вас, товарищ полковник, – ответил Семён и отправился на свой корабль. Cоловьёв сообщил Дагосске, что ему и его народу, кроме Учибы и его помощника, придётся перебазироваться в другие помещения для лечения недуга, который их поразил. Под предлогом перехода в более удобные помещения и освобождения ангара, разумеется. По его указанию нарийцы, которым помогали охранявшие их русско-китайские солдаты, стали собирать свои пожитки и отправляться к телепорту на четвёртую палубу. А Игорь Андреевич, отдав нужные указания, забрал Учибу и его помощника и тоже отправился на корабль Злотникова.

Раздав все распоряжения, Андрей Юрьевич решил вернуться к схваченным заговорщикам и вопросу о том, как быть с Сотниковой.

– Ну что, товарищи, если вас, конечно, можно так называть... вы подумали над своим положением? План, который придумали ваши приспешники, вряд ли осуществится: мы не так глупы, как вы думаете. Так что выбирайте: либо вы разделите камеры с врагами Древних, либо вы сделаете то, что мы скажем, и тогда ваша участь будет намного легче. Отправить вас к Никассарам мы можем прямо сейчас, так что у вас не более полминуты, чтобы дать ответ.

Тихонов сделал жест Смирнову, Вонгу и Дельгадо, и те приготовились забирать пленников и вести в тюремный комплекс. У Желтова явно сдавали нервы: не имел он ни выдержки, ни силы воли. А вот Стивенсон и девушка были невозмутимы.

– Это у Вас мало времени, полковник, – медленно проговорил Стивенсон, – сдавайтесь, раз вы уже всё знаете. У вас ещё есть такая возможность. Потом её не будет! И я сильно сомневаюсь, что человек с такими моральными устоями, как Вы, сделают пленникам что-то плохое.

– Видите, господин Желтов, – обратился к парню Андрей Юрьевич, вспоминая то, что тот говорил до нападения Мифа, – даже ваш новый приятель, оказывается, гораздо лучшего мнения обо мне, чем вы. Но раз ваши друзья считают, что это они в том положении, чтобы диктовать условия, то мы предоставим вам всем возможность выбрать, какая версия полковника Тихонова вам больше нравится: версия господина Желтова, или версия мистера Стивенсона. Ребята, в тюремный комплекс их. А мы с доктором Джексоном и Фенрисом посторожим их эскорт. Если эти господа изменят своё решение, сообщите нам. Действуйте.

По каналу связи миротворцев Тихонов всё же сказал Смирнову, Вонгу и Дельгадо, что если и у дверей камер Никассаров все трое пленников не сломаются, посадить их в отдельные камеры. Те поставили арестованных на ноги, воспользовавшись своей маскировкой, чтобы скрыть свои действия, и грубо повели пленников в тюремный комплекс.

– Ну а этих, наверно, придётся просто посадить в камеры, – сказал Тихонов насчёт морпехов, – пожалуй, позовём Громова.

В это самое время для всех миротворцев пришло сообщение от Краснова, в котором тот сообщил о сложившейся ситуации, в которой тот оказался. Посмотрим же, каким оказался результат его выдвижения в центр управления Звёздными вратами.

Краснов, как и было ему велено, отправился в Центру управления с отрядом бойцов. Чтобы не привлекать к себе большого внимания, взял он всего пятерых бойцов, самых проверенных и отчаянных ребят. Импровизированный лагерь уже изрядно поредел: людей и палаток стало во много раз меньше. В работах было задействован практически весь личный состав. Первое, что насторожило – охраны у ворот не было. Казалось бы, зачем выставлять охрану перед воротами к центру управления вратами, вокруг же все свои? Но Тихонов рассуждал по-другому и, как положено, выставил двух бойцов в охранение, которых сейчас не было на месте.

– Так ребята, – тихо предупредил своих Краснов, – что-то тут не так. Идём осторожно, прикрываемся обломками.

Отряд рассредоточился и пошёл потихоньку вперёд. Краснов же решил воспользоваться новыми умениям. Дождавшись, пока его подчинённые, которые пока ещё не были в курсе насчет миротворцев, отойдут подальше, накинул на себя маскировку и на всякий случай активировал шлем, рассудив, что таким образом его дыхание уж точно не будет его выдавать. Отряд двигался вперёд, но уже отсюда Краснов мог видеть, что за воротами на лестнице стоят двое американцев. Он перевёл взгляд на окно в ЦУВ, и визор шлема приблизил картинку, как бинокль. За окном можно было увидеть два белых, как мел, лица техников, что сидели за голографическими мониторами, и американца с Р-90, стоявшего за ними. Его рот гневно открывался, а автомат двигался от одного затылка к другому, бедные техники пригибали головы, что-то отвечали. Американец ударил одного из них прикладом, второй тут же начал что-то набирать на клавиатуре, и ворота в коридор под центром управления начали закрываться.

– Вот чёрт! – Краснов побежал к воротам со всей возможной скоростью. Импланты и костюм, конечно, здорово помогали, но не делали из него сверхчеловека. Тем не менее, он был солдатом, сильным и быстрым, и всё-таки успел протиснуться в щель закрывающихся створок ворот. Ещё чуть-чуть, и они бы расплющили бы его.

– Ты слышал? – один из солдат забеспокоился.

– Что именно?

– Мне показалось, что кто-то вошёл.

– Да, нет. Посмотри тут никого нет. Тебе, наверное, показалось, когда створки сошлись, – американцы стояли на лестнице, выглянув всего лишь раз, чтобы убедиться, что створки ворот закрылись, и в зале врат и в коридоре никого нет. Краснов по каналу связи миротворцев доложил всем зарегистрированным:

– Тут четверо заложников из техников, и четыре солдата из американцев. Ворота закрыты, но мне удалось проникнуть внутрь.

Пока все адресаты сообщения думали, что с этим делать, Краснов, оказавшийся запертым между залом врат и ангаром под боком у противника, который тоже удерживает заложников, понял, что попал в затруднительное положение. Его отряд не успел проникнуть в коридор под центром управления, вероятно, враги увидели, что русские направляются к воротам, и потребовали от заложников немедленно закрыть их. Краснов, правда, как миротворец, наверно, мог и сам открыть их, но посчитал, что, если тайно сделает это, террористы подумают, что это сделали находящиеся в заложниках операторы, следовательно, это подвергнет риску их жизни. Любое видимое из центра управления действие с помощью нейронаноники несло в себе опасность, по мнению майора.

Тихонов, получив сообщение, посоветовал Краснову подключиться к терминалам управления вратами с помощью наномашин, чтобы проверить, были ли недавно входящие туннели врат? Этим и занялся майор, спрашивая также у своих роботов, имеет ли технический туннель из ангара выход в коридор под центром управления вратами? И обнаружил сразу две неприятные новости. Во-первых, технический тоннель был всего один – тот, которым они воспользовались когда-то. Других тоннелей предусмотрено не было. Если не считать, конечно, того тоннеля, что вёл в диспетчерскую башню. А это означало только одно: по-тихому проникнуть сюда теперь практически невозможно, и он остался один на вражеской территории с кучей заложников и агрессивно настроенными противниками.

Во-вторых, Краснов попытался подключится к терминалу, но у него ничего не получилось. Краснов не был особо искушённым в компьютерной технике. Уровня пользователя ему вполне хватало в повседневной жизни. Он был, в конце концов, солдатом, причем очень хорошим солдатом, а не компьютерщиком, как Кромверк. А приобретение новых возможностей, благодаря нейронанонике, к сожалению, не делало его профессионалом автоматически. Наниты подсказывали ему конечно, что к чему, и что происходит, но это было всё равно, что стать лучшим велогонщиком, впервые усевшись на велосипед. Нейронаноника была прекрасным изобретением могущественных рас, но отнюдь не всесильным, и Вадим Олегович ясно осознал, что не стоит ждать, что всё теперь будет предельно просто,

Кроме того, наниты подсказали ему, что все терминалы заблокированы для воздействия из внешних источников, включая сигналы миротворцев. Об этом Краснов тут же сообщил Тихонову.

Петровский тем временем уже имел при себе план закладки бомб и придержал Злату до того момента, как придёт Фэй. Чжан привела доктора Чилин на корабль Артиста, после чего Петровский вместе с Чжан запустили свои дроны и активировали программу, которая, соединив и расширив маскировочные поля дронов, заставила их неотступно двигаться за Златой и обеспечивать ей невидимость.

– Всё, лейтенант, идём к транспортнику третьей группы, – сказал Петровский и тоже скрылся под своим маскировочным полем. Оба направились к опустевшему кораблю, которым должен был командовать Смирнов.

Фэй после запуска своего дрона вернулась к Громову, а Игорь Андреевич уже был на корабле Злотникова, отправив Учибу и его помощника в кабину пилотов к Артисту. Увидев Лин, он сразу же обратился к ней:

– Лин! Как я рад вас видеть!

– Я вас тоже, Док, – улыбнулась Лин.

– Что с вами сделали?

– Ой, меня чуть не убили... простите, я ведь всего лишь врач, и не была к готова к такому повороту. Я представить себе не могла, что среди нас окажутся преступники...

– Да, мы тоже не могли... – сокрушённо молвил Игорь, – хорошо, что с вами уже всё в порядке!

– Кресло помогло мне, – добавила Лин, – а вы что скажете, Док? Какие у вас новости?

– Думаю, что только плохие, – грустно ответил Соловьёв, – заговорщики заняли рубку управления, чтобы взять город по контроль. Мы, правда, кое-что предприняли, чтобы не дать им сделать этого, но кто знает, что ещё они готовы сделать, кроме отравления нарийцев и минирования ангара... а самое главное, что они взяли в заложники Настю...

– Аську? – ужаснулась Лин, и так поражённая тем, что рассказал Игорь.

– Да. Вы не знаете, как им это удалось? Она же вроде была с вами, и должна была лететь на моём корабле в город, – спросил Игорь Андреевич.

– Я ничего не понимаю, – Лин потерла виски: возможно, лечение и прошло успешно, но некая остаточная головная боль осталась, – пришёл полковник Нортон и Айвен, а с ними ещё четверо. Пока Нортон разговаривал с солдатами, Эттвуд рассказал нам, как они слетали на разведку. А потом на рацию лейтенанта сообщили, что кто-то из пленников, про которых нам только, что рассказывал Айвен, напал на охранника. Он сказал, чтобы Настя срочно пошла с ним. Она хотела было отказаться, но Нортон разозлился, сказал, что это приказ, а Кавагути её заменит, если она не успеет к вылету. Они и ушли... Ах, да, а те четверо, отправились к центру управления вратами.

Капитан Злотников уже был на корабле и смог оценить готовность к вылету. Кислов и Денисова заняли свои места на второй палубе, пока Лин и Соловьёв вели свою беседу. Плюс на борт поднялись четыре солдата, на всякий случай, из ВДВ-шников Краснова. Пилоты тяжёлых истребителей доложили о готовности. Всё было готово к операции.

– Да, похоже, Эттвуд лично участвовал в захвате Насти в заложники, – мрачно ответил Игорь Андреевич, – и, наверно, они пошли к центру управления вратами, чтобы и его занять... надеюсь, полковник справится. А нам всё же нужно отправляться, мы не можем больше терять времени.

– Мы не можем помочь Асе? – грустно спросила Лин, потирая ушибленную часть головы, – я боюсь представить, что они с ней сделают...

– Боюсь, что пока нет, Лин, – покачал головой Игорь, – заговорщики слишком хорошо подготовились, чтобы идти в лобовую атаку. Остаётся надеяться, что техника Древних, которую мы начали осваивать, даст нам преимущество.

В это время поступило сообщение от Краснова, которое подтвердило, что американцы уже заняли центр управления вратами. Капитан Злотников посчитал нужным спросить у Тихонова, нужно ли остаться, чтобы помочь, но полковник, скрепя сердце, ответил, что здесь и так, помимо самого Андрея Юрьевича и Кромверк, остаются Громов, Фэй, Петровский, Смирнов, Вонг и Дельгадо. Поэтому Андрей Юрьевич пожелал экипажу корабля Артиста удачи и велел отправляться.

– Уважаемые пассажиры! – услышал экипаж пафосный голос Артиста, – с вами говорит командир корабля, лётчик первого класса, капитан Семён Иванович Злотников. ВКС России рады приветствовать вас на борту нашего... эммм... военно-транспортного самолёта. Мы постараемся, чтобы вас не трясло в нашем путешествии, ибо наш самолёт сделан по самым передовым технологиям Древних. Прошу вас занять надлежащие вам места на палубах нашего корабля и приготовиться к отлёту. Желаем вам приятного путешествия!

Игорь Андреевич оставил Лин там, где положено быть доктору – в медицинском отсеке – и отправился в кабину пилотов, к Злотникову. Там его уже ждали Учиба и его помощник, готовые разговаривать со своими сородичами, если найдут их живыми. Соловьёв уселся в кресло второго пилота, а Учиба и его помощник сидели сзади.

– Итак, что у нас, капитан? – осведомился Игорь.

– Пока всё идёт по плану, Игорь Андреевич, – ответил Артист, – мы можем открывать ворота, за ними безопасно.

– Ну что ж, тогда с Богом! – сказал Соловьёв.

– С Богом! – улыбнулся Семён, хватаясь руками за штурвал, – экипаж, мы вылетаем! Группа сопровождения, включаем маскировку. Сначала вылетает Первый, за ним мы, затем Второй, Третий и Четвёртый. Когда окажемся за воротами, поднимаемся под купол. Выстроиться в кольцо вокруг нашего корабля: Первый впереди, Второй справа, Третий слева, Четвёртый сзади. Как поняли? Приём.

Пилоты четырёх тяжёлых истребителей сопровождения подтвердили приём команды, после чего ворота по приказу Злотникова стали открываться. Все 5 кораблей включили маскировку и вылетели в пригород, выстроившись в воздухе по схеме, очерченной Семёном, который уверенно вёл транспортник следом за головным истребителем. Флот, оставленный здесь, по-прежнему висел под куполом и, приблизившись к нему, капитан вызвал всех пилотов:

– Артист вызывает всех пилотов, находящихся под куполом сектора, приём! – пилоты стали отзываться, один за другим, явно воодушевлённые, что наконец-то кто-то вернулся, чтобы сказать, что им делать дальше? Все вроде были на месте: 7 транспортников и 8 тяжёлых истребителей. Артист передал им команду Тихонова вернуться в ангар на места дислокации и приказал не покидать свои корабли до поступления новых приказов начальства. Все 15 кораблей один за другим направились к воротам в ангар, а капитан повёл свою маленькую эскадрилью к воротам в следующий сектор. Попутно они с Игорем Андреевичем сканировали сектор: вдруг увидят что-нибудь интересное. Но в пригороде, похоже, никого, кроме насекомых, уже не было. Только их популяция выросла, и они наводнили уже весь сектор.

Итак, схватить делегацию Стивенсона и обезвредить Чандлера и Хьюстона ещё не значило разобраться с заговорщиками, так как это было ещё не всё. Доступ к Звёздным вратам перехвачен людьми Нортона, и проскочить за соответствующие ворота ангара успел только Краснов. Заговорщики ждут подкрепления через Звёздные врата, а где держат Настю, пока неизвестно. И только кораблю капитана Злотникова вроде бы ничто пока не мешает отправиться всё же за нарийцами, проживающими в других секторах города, куда могут добраться насекомые. Что будет дальше, узнаем в следующих главах.

Категория: Фан-зона | Источник | Автор: Актёр, Methos, Феникс, Миф | Просмотров: 167 | Рейтинг: 0.0/0 |

Полное или частичное копирование материала без указания ссылки на зв1-тв.рф запрещено!

Всего комментариев: 0
avatar











Наши партнёры и друзья:

Все размещённые на сайте материалы являются собственностью их изготовителя, и защищены законодательством об авторском праве. Использование материалов иначе как для ознакомления влечёт ответственность, предусмотренную соответствующим законодательством. При цитировании материалов ссылка на зв1-тв.рф обязательна!

© ЗВ-1-ТВ.РФ