Заголовок
Сегодня Суббота, 23 Сентябрь 2017,

на часах 17:36:10 (мск)

Главная страница | Регистрация | Вход

Приветствуем тебя, Пришелец, на нашей базе!

ФОРМА ВХОДА

МИНИ-ЧАТ


ФОРУМ


РЕФЕРЕНДУМ

Какая сюжетная линия SG-1 вам предпочтительней?

Всего ответов: 885


СЕЙЧАС НА БАЗЕ
Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0




Китеж-град. Лабиринт, органеллы и таинственный сон
29 Декабрь 2016 23:02:11

Миф уже подумал попробовать медитировать, хотя и сам не зная, для чего, вздёрнулся и спохватился, когда Соловьёв отправил вызов. Оглядываясь, Миф увидел тот же транспортник, восходящий в воздух.

– Так, так, так? Что там у нас? Транспорт, связь, текстовое сообщение...

– Да говори уже, – пробормотала Кира, поняв парня с полуслова.

– Хорошо: Да, слушаю, – вскоре на корабль было доставлено небольшое, но содержательное сообщение.

Юле тем временем пришлось выполнять распоряжение Громова. Услышав слова Краснова, девушка подавилась смешком. Громов был прав. Она была не в том состоянии, чтоб помочь им. 

Сказать, что девчонка плохо себя чувствовала – это ничего не сказать. Она уже едва стояла на ногах, но не знала, что сказать Краснову, который не мог ощутить того, что чувствует эмпат, и был уверен, что её состояние связанно с пневмонией... и уж тем более не знала, как всё это объяснить Громову... "А ведь придётся", – с грустью подумала девушка, понимая, что скрывать такое долго не выйдет.

Сейчас девушка сомневалась, что сможет пройти ещё хоть пару шагов, а ведь до медотсека транспортника пройти нужно было всего лишь несколько метров. Она сделала шагов десять, но, не дойдя пары метров до дверей медотсека, рухнула на колени и обхватила себя руками, словно желая закрыться от того, что нахлынуло на неё в эти мгновения. Эмпатическая волна боли, что чувствовали, находящиеся там люди, обрушилась на неё со всей силой.

– Матерь Божья, меня создали, как оружие, но как же они рассчитывали, что я буду сражаться, чувствуя всё это?! – застонала девушка, стиснув зубы. "Встать... нужно встать... но эта боль и шум в ушах..."

"Да уж, ничего себе, оружие!" – подумал про себя Краснов, хотя и не совсем понимал, что значит "создали, как оружие"? До него ведь дошли сведения, что Юля вообще-то была вполне себе земной девушкой из Краснодарского края, которая по странному стечению обстоятельств стала жертвой квантового зеркала, с которого начались её злоключения, а Вадим Олегович понимал "создать, как оружие" несколько иначе. Впрочем, сейчас от него, по всей видимости, требовалось несколько иное. Например, поступить, как настоящий мужчина, коим майор действительно был.

Краснов аккуратно взял Юлю на руки, словно свою невесту, и сам отнёс в медицинский отсек, приговаривая:

– Ничего, сударыня, вам скоро станет лучше, как и тем, чью боль вы чувствуете. Ничего не бойтесь.

Майор, не отвлекая Сотникову и Чилин, которые были заняты другими ранеными, услужливо посадил Юлю в свободное кресло-кушетку, и оно тут же отреагировало на появление пациента. Но Краснов тоже не понимал надписи, которые появлялись.

– Где же там доктор Соловьёв? – спросила Лин, отвлекаясь на то, чем занимался Краснов.

– За штурвалом, я полагаю, – отвечал майор, – Игорь Андреевич, это майор Краснов, приём.

– Слушаю, майор, приём, – отозвался Соловьёв.

– Нам бы не помешала ваша помощь с этими креслами, а то мы не понимаем местного языка, – доложил Вадим Олегович.

– Чёрт, я забыл об этом. Я приду буквально через пару минут, – ответил Игорь, в это время уже заметив на экране поступившее сообщение "Да, слушаю", после чего выключил свой микрофон, – хммм, похоже, этот Миф уже вошёл во вкус, и теперь все его ответы будут поступать таким образом. Ну ладно. Попробуем ответить ему аналогично.

Соловьёв положил ладонь на панель и мысленно приказал отправить источнику сообщения следующий ответ: "Вы нам нужны срочно! Покажите, где вы находитесь, и мы приземлимся прямо к вам". Миф в этот момент подошёл к краю здания и осматривал обстановку.

"Да ладно? Прям так весь и сразу?" – подумал про себя парень. Миф обозначил себя, как союзную точку, и тут же началась трансляция на экран транспортника. Миф морально подготовился, что его снова напрягут. Игорь увидел на карте точку, которую Миф обозначил как своё местонахождение, и определил, что он на крыше одного из зданий. Он к тому моменту уже поднялся над зданиями, и всего каких-то 20 секунд ему понадобилось, чтобы транспортник приземлился туда, где сидел Миф. Трап опустился прямо за спиной Мифа, гостеприимно приглашая его войти, и сразу закрылся за ним.

Игорь Андреевич велел Учибе оставаться в кабине, а сам отправился встречать Мифа. Увидев новоиспечённого Миротворца, Соловьёв оценил его новый прикид: чем не суперсолдат Анубиса? И поприветствовал героя:

– Приветствую вас... Миф... я Игорь Андреевич Соловьёв, коллега доктора Джексона из России. У нас проблема: наши доктора большую часть медикаментов оставили в домике, в парке. Возможно, вы там уже были. Они нужны нам немедленно, особенно средства ожоговой реабилитации. Мы можем долететь туда за секунды, но придётся выйти из корабля, а у вас, как я вижу, суперброня с мощным силовым полем. Вы можете помочь нам забрать их?

Когда Соловьев подходил, у Мифа образовалось странное чувство дежавю, будто он его видел. И этот взгляд, он напоминал взгляд того американского полковника, который увидел в нём того, кто будет делать для него оружие.

"Ах вот оно что! Джексон! Хмм, интересно, а ему тоже не повезло попасть на эту, чёрт знает, что? "

Миф только заикнулся ответить, но вспомнил что этого не стоит делать, дабы не унизиться. Но от злости он посмотрел сначала в потолок, потом на пол, крепко сжав кулаки, и напрягся, чтобы ничего не вырвалось. Секундой позже он протянул правую руку поздороваться, кивая, что он согласен. Игорь Андреевич обратил внимание на поведение Мифа и на то, что он не произнёс ни одного слова, и немного смутился.

"Я что-то не так сказал? Или он не говорит на нашем языке? Но вроде же он кивает, значит, понял, что я сказал", – размышлял про себя Соловьёв, глядя на человека в броне. Наконец, он додумался позвать Настю, дабы она объяснила Мифу, где и что он должен взять, а сам поспешил обратно в кабину пилотов, сел в своё кресло, попросил вывести на экран карту с указанием домика смотрителя парка, и корабль устремился туда.

А пока корабль приземлялся к домику, и солдаты готовились открывать заднюю дверь, Настя объясняла Мифу:

– Все медикаменты сложены в комнате, где окно частично загорожено шкафом. Только они не в самом шкафу, а в нише, она будет справа, когда вы войдёте. Часть медикаментов выложены из ящиков, часть нет, и то, что нам нужно в первую очередь, лежит в одном из ящиков. На нём должно быть написано "противоожоговые средства". Я надеюсь, вы прочитаете по-русски? Сначала принесите этот ящик, а потом соберите всё остальное.

Транспортник тем временем, не снимая маскировки, опустился к двери домика смотрителя аналогично посадке к зданию Хранителей, и солдаты сообщили, что готовы открыть дверь. Игорь Андреевич снова покинул кабину пилотов и отправился, наконец, в медицинский отсек.

Когда Краснов поднял Юлю на руки, девушка напоминала дрожащий комок. Путь до медицинского отсека транспортника она помнила, как в тумане, и лишь оказавшись в кресле, посмотрела на того, кто её перенёс. Как он догадался об эмпатии, девушка и не знала, но сейчас это уже не имело никакого значения. Рядом был человек, который знал правду и не испытывал страха, как люди на базе в горе...

– Спасибо... – девушка закрыла глаза. Сейчас ей хотелось, чтоб кто-то просто побыл рядом, но просить она не могла. Она слышала голоса, чувствовала захлёстывающие людей эмоции, волнение врачей, боль обожжённых кислотой нарийцев. Ей не нужно было понимать их язык, чтоб понять, что они испуганны и им очень больно. Тревога военных. Битва ещё не была закончена, но люди всё же успели перебраться в транспортник.

Её собственная рана тоже давала о себе знать. Действие промедола заканчивалось. Девушка закашлялась и попыталась сесть, чтоб не задохнуться от кашля, и тут же зашипела, хватаясь за раненое плечо. Краснов тем временем с любопытством осматривал появившуюся над креслом голограмму, такую же, как у кресла, в котором лежала Фэй. На ней тоже стали выделяться повреждённые участки тела, к коим, в первую очередь, относилось раненное плечо Юли, которое ещё не зажило. Красным также выделилась грудная клетка, что, как догадался Краснов, было подтверждением того, что у Юли воспаление лёгких.

– Кажется, я догадываюсь, что надо сделать, – задумчиво говорил Вадим Олегович, глядя на надписи, которых не понимал, – но лучше подожду Соловьёва, он будет с минуты на минуту.

Девушка так и лежала на кушетке. От поднимающейся температуры, потока нахлынувших на неё образов и эмоций разболелась голова. Голову словно сжало в тисках, в висках сильно пульсировало, возможно, начало подниматься давление, но точной уверенности не было. В обычных условиях девчонка и сама бы смогла проверить это, но теперь приходилось рассчитывать на чью-то помощь, хотя в создавшихся условиях рассчитывать лучше было всё же на себя. Немногие медики, бывшие в медотсеке, сбились с ног, стремясь помочь раненым и обожжённым нарийцам, и отвлекать их сейчас было бы уже слишком.

Осмотревшись по сторонам, Юля увидела на столике аппарат для измерения давления. Чуть повернувшись, она потянулась к нему. Мгновенно плечо прорезало сильной болью, а в глазах потемнело. Девчонка с трудом сдержала рвущийся из груди стон.

– О, Док, наконец-то! – обрадовался Краснов, увидев Игоря Андреевича, – взгляните сюда.

Майор указал на голограмму тела Юли, где у красных отметок действительно красовался какой-то текст.

– Это результаты диагностики здоровья, – определил Игорь Андреевич, – у Юлии Викторовны ранено плечо, и у неё воспаление лёгких. Причём вполне серьёзное, настолько, что для неё опасно продолжать участвовать в операции. Константин Николаевич правильно сделал, что оставил её здесь. И, кажется, кресло предлагает запустить процедуру лечения... сенсор должен быть на подлокотнике.

– А что оно будет делать? – осведомился Краснов.

– Ну, я не специалист по подобным операциям, тем более, как это делали Древние, но команду можно прочитать как "Запустить лечение нанохэлперами".

– Нанохэлперами? – не понял Краснов. Тут на помощь пришла Лин:

– Возможно, речь о каких-то наномашинах, которые представляют собой что-то вроде искусственного механизма иммунитета. В теории естественного иммунитета человека есть понятие Т-хэлперы – это как раз одна из групп клеток, участвующих в механизме.

– Попробуем их? – спросил Соловьёв. Он, Краснов и Чилин посмотрели на Юлю, которой, конечно, всё ещё было плохо, и поняли, что выбора нет.

– Ладно, действуйте, Док, – разрешил Краснов. Игорь Андреевич отыскал сенсор под правой рукой Юли и активировал процедуру. Все трое стали с интересом ждать, что будет. Услышав о нанитах, Юля забыла даже о боли. Из её памяти ещё не стёрлось пребывание в полях ДНК-манипулятора, ужас от сознания того, что тело ей не повинуется, а потому она была совершенно не готова к тому, что произошло в следующие мгновения... Девушка повернулась, чтоб остановить Игоря, вот он уже включил прибор. Девчонка запаниковала и попыталась сесть, но, по-видимому, кресло-кушетка и было рассчитано на подобные ситуации. Первым делом Юля почувствовала, что её мягко прижало к кушетке. Какая-то сила воздействовала на неё, обездвижив тело. Пожалуй, только голова могла двигаться, но телом, ногами и руками она двигать не могла. Кушетка подстроилась под анатомические особенности девушки, максимально, насколько это вообще возможно, разместив её в лежачем положении.

Что-то ужалило её в шею, чуть ниже основания черепа, боли не было, просто она почувствовала какое-то воздействие. По телу тут же растекалось приятное, расслабляющее тепло. Боль постепенно уходила, что в груди, что в плече... Нет, рана и болезнь ещё были, но видимо маленькие "защитники" решили, что с неё хватит боли. Одновременно с тем, как боль ушла, она почувствовала, как кончики пальцев начали неметь, а мочки ушей покалывать. Голоса и наполняющая её эмпатическая боль как бы приглушились. Конечно, она не перестала её чувствовать совсем, просто она отступила на шаг, будто все эти голоса и боль остались, скажем, за окном, превратившись в нечто вроде фонового шума улицы. Над голограммой появилась надпись – "процесс лечения начат". Таймер отсчитывал время, до конца процесса оставалось примерно около часа.

Девчонка поняла, что волновалась напрасно: ничего страшного всё же не произошло. Если не считать того, что ей не удавалось пошевелиться, то всё остальное такого ужаса уже не вызывало. Она так и не осознала до конца, что сделал механизм, вмонтированный в кресло, но эффект был таким, какой ей был нужен. Постепенно девчонка осознала, что прибор принёс явное облегчение, и уже с интересом наблюдала за вспыхивающими надписями на голограмме, стараясь разобрать слова. Однако это тоже продлилось недолго. Из-за охватывающей её сонливости сосредотачиваться было всё сложнее, так что вскоре её окончательно сморил сон.

– Как думаете Игорь Андреевич, – спросила Лин, – мы можем запустить такой же процесс и для Фэй?

– Эммм, почему бы нет, – ответил Соловьёв, – если кресло действительно способно помочь, давайте и с Чжан попробуем сделать это. Хотя этот процесс, судя по всему, надолго: к тому времени, как он завершится, я собираюсь уже быть в других секторах города. Пожалуй, кому-нибудь из вас придётся остаться с нами, на всякий случай.

– Без проблем, наверху будет, кому позаботиться о раненых, – ответила Лин и отошла к Фэй, чтобы запустить тот же процесс.

– Отлично, – сказал Игорь, – посмотреть что ли, как там дела у Мифа...

С Фэй произошло тоже самое, что и с Юлей. Её прижало к кушетке, и в организм были введены органеллы. Но в отличии от Юли, система автоматического лечения почитала повреждения Фей незначительными и сообщала, что пациент будет полностью здоров уже через 15 минут.

– Удивительно. Тошнота и головокружение прошли, – через пару минут после начала работы нанитов сказала Чжан, – чувствую себя, как никогда лучше!

А ещё через пару минут кушетка из лежачего положения перешла в положение сидячее. Удерживающие поля отключились, но надпись на голограмме гласила, что пациенту лучше оставаться в кресле до конца операции. А мы пока посмотрим, как там спасательная операция, которую пошли проводить Громов, Петровский, Злотников и два ВДВ-шника с оружием Мифа. Вход в технический тоннель обнаружился в подвальном помещении в здании "Хранителей". За неприметной фальшпанелью на полу нашёлся круглый люк, что-то вроде канализационного, под которым была лестница, ведущая вниз, в темноту. Пока группа готовилась к спуску с улицы раздался какой-то грохот... Артист сразу подумал о своём корабле и поспешил вызвать его по радиосвязи. Но его экипаж доложил, что с ними всё в порядке, купол силового поля работает. А через пару минут на связь вышел доктор Кислов со свежими новостями. Поглядим теперь, что там у третьей пилотажной группы.

– Ну, что ж, ждём стадо коней на белом принце? – задала риторический вопрос Катя.

– Давайте закроем дверь уже... – тут же взял слово Чандлер, – меня нервирует эта бездна...

Люди сошли с рампы обратно на корабль, но не успели они её закрыть, как опоры где-то внизу, в темноте нижних ярусов, жалобно заскрежетали, и лопнули. Корабль соскользнул с перекрытий и с грохотом полетел кормой вниз. Самое интересное, что искусственная гравитация исправно работала на корабле, и люди, что стояли у открытой рампы и наблюдали весь полёт, даже не почувствовали, что теперь корабль двигался не в горизонтальном положении, а в вертикальном. Силовое поле сбивало арматуру и куски перекрытий, пока корабль, наконец, не остановился, упёршись в очередную капитальную постройку. Впереди зияла пробоина в технический тоннель, он стал намного ближе. Оттуда показались достаточно любопытные рожи тварей.

– Чёрт, да закройте уже эту рампу! – закричал Чандлер и в качестве ответа получил несколько попаданий едкой кислотой прямо в силовое поле. Правда, рампа всё же закрылась

– Зато есть и хорошее в этой ситуации... мы теперь ближе к нашим спасителям! – не теряла оптимизма Катя. Но как бы в ответ ей послышались другие звуки: всё, что было наверху, что частично или полностью лежало на корабле, тоже полетело вниз и теперь билось о силовое поле корабля.

– Екатерина Пална, можно Вас на минуточку, – интеллигентный Семён Аркадьевич оставался таковым даже в такую минуту, впрочем, за это Екатерина и любила своего начальника, – мне кажется, что данная ситуация, в которую мы попали, несколько ухудшилась. Как бы мне ни было прискорбно это сообщать, но уровень наших щитов значительно снизился за последнее время.

– А как же табун принцев, они же успеют?

– Хотелось бы на это надеяться, но другой "табун", похоже, не оставит нас в покое до тех пор, пока не разрядятся наши щиты...

– Давайте не будем о плохом, Семён Аркадьич, лучше сообщите об этой ситуации нашим спасителям, – выслушав сообщение, Громов осведомился:

– Сколько у вас времени до разрядки щитов? Приём.

– Боюсь ошибиться, подполковник, – мягкий интеллигентный голос даже перед лицом опасности не дрогнул, – но если эти существа продолжат в том же духе, то у нас не больше получаса времени, пока поля не перестанут работать. Что, Екатерина Пална? Ах, да, плюс-минус корпус. Мы не можем с точностью сказать, как долго им понадобиться плавить корпус корабля. Приём.

– Плюс-минус? Мда, товарищ Кислов, уж не хотите ли вы сказать, что корпус может и уменьшить ваше время, а не только увеличить? – иронически переспросил Громов.

– Да, простите, – смутился Семён Аркадьевич, – конечно, я хотел сказать, что корпус защитит нас ещё какое-то время, но мы не можем точно сказать, сколько.

– Вот, а ещё учёный, – мрачно усмехнулся Константин Николаевич, – ладно, мы поняли вас. И поняли, что по возвращении на основную базу придётся прочитать вам всем нотацию, что в подобных ситуациях следует сразу выполнять отданные вам приказы.

– Это вы о чём? – не понял Кислов.

– А о том, что вы, видимо, не закрыли двери сразу, как я приказал, – строго ответил Громов, – нутром чувствую. Впрочем, разбор полётов потом. Сидите тихо и пока ничего не предпринимайте, попытайтесь сберечь энергию для щитов, насколько возможно. Мы идём к вам. Как поняли? Приём.

– Поняли вас, сделаем всё, что сможем. Конец связи, – ответил Кислов.

Громов снова взял 20-секундную паузу на размышления. С одной стороны, полчаса плюс сколько-то на корпус не показались ему таким уж маленьким запасом времени, он рассчитывал добраться до здания через туннель быстрее. Но кто знает, правильно ли Кислов оценил время, не натворит ли ещё чего-нибудь эта неопытная команда, которая позволила сбить свой корабль простым тараном со стороны беспилотника, пока группа Громова будет двигаться к ним? Да и неизвестно, что ожидает группу Громова в туннеле. В общем, нужно было учитывать непредвиденные обстоятельства, ввиду которых спасатели могут опоздать.

С другой стороны, Громов считал, что раз приступили к выполнению этого плана, то лучше и пойти по этому пути. Тем более, что другой путь, которым можно было добраться до третьего транспортника, виделся только один – пытаться пройти через парадный вход. Если, конечно, это удастся кому-нибудь сделать. Впрочем, подполковник решил, что если транспортник своим корпусом протаранил это здание, то и другой корабль способен пробить вход в него. Поэтому, после 20-секундной паузы Громов снова заговорил в рацию:

– Экипажи тяжёлых истребителей, приём! Говорит Гром, – пилоты стали отзываться, один за другим, – мне нужны свободные корабли.

– Пятый к вашим услугам, Гром, приём, – ответил пилот истребителя, который не был занят в круговой обороне транспортника Злотникова.

– Отлично. Слушайте внимательно, пятый. Вы видите здание, в которое влетел один из наших транспортников? Приём.

– Так точно, подполковник, приём, – подтвердил пилот.

– Попытайтесь пробить вход в это здание нейтронным орудием. Если вам удастся добраться до экипажа транспортника, доложите об этом. Как поняли? Приём.

– Понял вас, Гром, приступаю к выполнению. Конец связи, – ответил пятый.

– Ну а мы пока попробуем добраться туда через туннель, – сказал Громов своим бойцам, – капитан, приготовьте щит и спускайтесь первым.

Щит Злотникова был активирован, и Артист первым начал спускаться по лестнице. За ним, по приказу Громова, двинулись ВДВ-шники с орудиями Мифа, замыкали шествие Громов и Петровский. Как только они очутились в круглом туннеле, напоминающем большую канализационную трубу, все пятеро за 2 секунды заняли боевую позицию: ВДВ-шники стоя, целясь своими орудиями в противоположные друг от друга стороны, чтобы исключить нападение в тыл, а Громов с Петровским заняли аналогичную позицию в приседе около ВДВ-шников. Артист занял позицию в центре группы и расширил свой щит, чтобы он охватывал всех, благо бойцы держались вполне плотно друг к другу.

– Так, и в какую же сторону нам идти? – спросил Петровский. Семён достал детектор жизненных форм, который быстро указал ему, с какой стороны двигаются насекомые. Судя по всему, часть из них караулили здание, в которое влетел транспортник.

– Нам в ту сторону, – указал Артист, и группа двинулась в путь.

Пока Игорь Андреевич вёл транспортник к домику смотрителя парка, где остались медикаменты, Миф выслушал Сотникову, но образовалась небольшая проблема он: плохо читал по-русски, но говорить умел нормально. Трап опустился, и, не теряя времени, парень рванул в здание. Зайдя в дом, Миф примерно догадался, что где лежит, но не хотел понапрасну бегать туда-сюда. Просканировав визуально шкафы, а потом двое дверей, подсчитал размеры и понял, что его маленький план прокатит.

Миф загрузил и упаковал все медикаменты в шкафы, как только быстро и эффективно он мог это сделать, начав с того шкафа, что был ближе к двери. Парень силовыми полями костюма приподнимал шкаф, дабы уменьшить сопротивление трения, и оттащил весь шкаф на корабль. Со вторым шкафом он проделал тоже самое. В общем счёте за довольно малый промежуток времени ему удалось передать два шкафа со всеми медикаментами, что он нашёл, на корабль, поставив их слева под стенкой и справа. Когда Миф и сам зашёл на борт он отправил сообщение пилоту: " Всё готово, можно отправляться".

Настя с некоторым недоумением посмотрела, как Миф выполнил просьбу: просто принёс шкафы. Впрочем, в данном случае главное было, как быстро он принесёт всё, что нужно, и ему удалось сделать это быстро. Однако возвращать шкафы назад, когда их разгрузят, по мнению Насти, тоже следовало оставить самому Мифу. Сейчас же Настя просто поблагодарила Мифа, позвала Лин, которая уже запустила лечение Фэй, и они обе без промедления приступили к обработке ран пострадавших от кислоты. До исцеления пациентов было, конечно, далеко, но всё же специальные мази заставляли понемногу отступать боль от ожогов, и раненые начали успокаиваться. Девчонки очень жалели только о том, что уже не могут помочь погибшему бойцу, тело которого тоже находилось здесь, в отсеке.

Настя также не замедлила сообщить Игорю, что все медикаменты на корабле. Двери в трюм были закрыты, Игорь вернулся в кабину пилотов, где увидел сообщение от Мифа, и транспортник устремился обратно на основную базу. Когда Соловьёв провёл корабль через ворота и влетел в ангар, он нашёл что-то вроде интеркома и решил изобразить командира авиалайнера:

– Внимание, говорит командир. Мы прибываем в пункт назначения. Оставайтесь на своих местах и приготовьтесь к высадке. Можете не пользоваться ремнями безопасности, посадка будет мягкой. Надеюсь, полёт вам понравился, и ждём вас снова на нашем корабле, если мы понадобимся. Искренне ваш Игорь Андреевич Соловьёв.

– Игорь вошёл во вкус, – улыбнулась Настя, прослушав сообщение, – Лин, давай готовить наших пациентов к высадке.

Юля ещё спала. Слабость и боль измотали её, а пережитое и страхи дали о себе знать. Погрузившись в сон, девчонка оказалась во власти кошмара, связанного с её прошлым, который не оставлял её с того момента, как она покинула вооружённые силы. С тех самых пор, как она оказалась на базе в горе Шайенн. Она продолжала спать, всё глубже и глубже погружаясь в его вязкие тиски...

– Что смотрите, доктор Ворган? Перед вами всего лишь объект... объект, который подлежит исследованию. Генетический код данного объекта настолько искажён, что его и человеком признать невозможно. Вот и относитесь соответственно, – мужчина поправил очки, – к тому же, в его генах скрыт секрет бессмертия. Пусть не в один день, а может и год, но она в состоянии восстановиться после любых ран. Регенерационные способности превосходят всё, что нам доводилось видеть. 

Молодой медик с сомнением смотрел на трясущуюся девушку.

– Нет, нет, прошу вас, не надо, – девушка рванулась, силясь разорвать, удерживающие её ремни. На её венах уже не было живого места от бесчисленных проколов.

– Я жду, доктор Ворган... Или мне попросить об этом одолжении доктора Фаулер? – молодой доктор опустил голову, но всё же подчинился, в очередной раз взяв у девушки кровь на анализ. На её ужас его старший коллега не обращал никакого внимания.

Таким был сон Юли. Датчики, регистрирующие мозговые волны в реальном времени, истерически запищали. Впрочем, это мало повлияло на спящую девушку, которая находилась во власти кошмара. Гибель друга, пережитое на американской базе, где к ней относились, как к объекту, а не как к человеку... Девушка вновь и вновь переживала всё это, теперь уже в своём кошмаре.

К несчастью для Юли, процессом восстановления никто не управлял. При помощи нейронаноники, которой сейчас обладала только Диана Кромверк, можно было управлять работой органелл. Но сейчас был только бездушный искусственный интеллект. Для ИИ превышенные параметры мозговых волн были лишь досадной помехой для восстановления, поэтому бездушная машина просто приказала части органелл имитировать успокоительное лекарство. Скоро кошмар закончился. Сновидений не было вообще. Девушка провалилась в темноту...

Но прежде чем всё вдруг потемнело, девушка увидела нечто странное. Она увидела яркий свет. Он расширялся, как будто она выходила из глубокой пещеры, шаг за шагом до тех пор, пока не оказалась на лугу. Яркий солнечный свет заливал зелёный луг, небо было необычно глубокого голубого цвета. Ветер шелестел в листве редких, но очень ухоженных деревьев, чем-то похожих на японскую сакуру. Пахло цветами.

У дерева она увидела паренька лет четырнадцати. Он был достаточно красив, с правильными чертами лица и заострёнными по-эльфийски ушами. Он посмотрел на неё и улыбнулся, как старой знакомой. Парень аккуратно сорвал цветок с дерева, и держа его в своих ладонях, приблизился к ней. Цветок имел шесть лепестков, на каждом из лепестков можно было разглядеть узор, похожий на руны, с седьмой руной в середине цветка. Он с улыбкой протянул цветок девушке. Этот цветок манил её, обещал покой, обещал избавление от старых страхов... На этом моменте видение померкло, уводя девушку в сон без сновидений.

Когда транспортник приземлился в ангаре, высадка началась немедленно, а Игорь Андреевич обратился к Учибе, который всё ещё сидел рядом с ним:

– Учиба, друг мой, теперь о том, для чего ты нужен мне. Я знаю, тебе бы хотелось, чтобы всё это кончилось, но я должен забрать твоих сородичей, которые живут под другими небесами, если они ещё живы. Помнишь, ты рассказывал, что они живут везде? Мы не можем бросить их там, эти чудовища их всех уничтожат, когда доберутся до них, и мне нужна твоя помощь, чтобы установить контакт. Они ведь не знают нас, а ты можешь пособить рассказать им, что мы потомки Учителей и пришли помочь. Пособи нам, мой друг!

Учиба немного поразмыслил и понял, что он нужен большому человеку. Дело выглядело, конечно, опасным, но Учиба уже был свидетелем работы потомков и надеялся, что с ними он в безопасности, поэтому он одобрительно кивнул Соловьёву, после чего Игорь позвал его с собой и отправился посмотреть, как там идёт высадка. Вернувшихся решил навестить сам Тихонов. Он выглядел спокойно, но по хмурому выражению лица было понятно, что сложившаяся ситуация его немного беспокоит.

– А вот и Вы, – обратился он к Соловьёву, – я всё слышал по радиообмену, но хотелось бы узнать их первых уст. Рассказывайте, голубчик, как там обстановка?

– Да, похоже, эти насекомые учатся противодействовать нам, полковник, – ответил Игорь Андреевич, – с ними уже стало опасно сражаться без силовых полей, потому что они стали плеваться кислотой, и они мутируют. Если бы не щиты, мы бы не смогли вытащить тех, кто остался в доме. Насекомые стали настолько умнее, что смогли поймать пару беспилотников, одним из которых даже сбили один из наших транспортников. Он под обломками другого дома, экипаж цел, и группа Громова сейчас идёт к ним, а вернётся обратно на другом транспортнике. Я думаю, они справятся с задачей, поскольку наш приятель Миф одолжил им свои пушки, да и у капитана Злотникова есть устройство индивидуального силового поля, как вот у меня.

Игорь показал на своё и продолжил:

– Зато наш друг Миф нашёл усиленную боевую броню с эффективными силовыми полями и мощной ручной пушкой. Он очень помог нам в этой операции, правда, экземпляр единственный, как я понимаю. Но всё же, я думаю, мы правильно делаем, что пока убираемся оттуда, потому что сейчас там можно передвигаться только на малых кораблях, и то лучше с маскировкой, учитывая развитие насекомых. Мы, к сожалению, кажется, потеряли одного бойца...

– На войне, увы, без потерь не бывает, – опустил глаза Тихонов, – каковы дальнейшие предложения?

– Сейчас, я думаю, мы должны немедленно отправиться в другие сектора и вытащить нарийцев, которые ещё живы. Если живы... мой друг Учиба поможет мне установить контакт с ними. Я хотел бы отправиться прямо сейчас.

– А что нам делать с теми, кого вы уже привезли? – осведомился Андрей Юрьевич.

– Пока разместите их здесь, но не торопитесь отправлять через Звёздные врата, – предложил Игорь Андреевич, – я ведь пока не знаю, удастся ли нам ещё кого-нибудь спасти. Но если это возможно, то этим надо заняться немедленно, не увлекаясь прямыми боевыми столкновениями. А потом уже будем думать, как уничтожить этих тварей окончательно.

– Хорошо, – сказал Тихонов, – действуйте, экипажи остальных кораблей, Краснов и его бойцы в вашем распоряжении. Миф тоже пусть отправляется с вами, думаю, он может быть полезен.

– А Анастасия Сергеевна? – спросил Игорь.

– Если считаете нужным, берите, но будьте там осторожны, – разрешил Тихонов, после чего удалился рулить процессом размещения эвакуированных.

Игорь попросил Учибу разыскать своего напарника, с которым они вместе ходили на переговоры с Гааной, и стал готовиться к отлёту.

Тяжёлый истребитель, получивший альтернативное задание от Громова, сделал пару пробных выстрелов по зданию, в которое ввалился транспортник, но проход до корабля таким макаром расчистить было сложно, и даже наоборот, можно было только усугубить ситуацию, ибо остальные этажи здания могли сложиться, как карточный домик, засыпав транспортник ещё больше, сократив время, которое ещё продержатся щиты корабля. Об этом и сообщили с истребителя, что попытался пробиться к транспортнику.

Группа Громова, не рассыпая боевой порядок, в среднем темпе продвигалась вперёд по трубе. ВДВ-шники теперь оба стали целиться вперёд, а назад смотрел только Петровский, да Злотников временами оглядывался первое время. Впрочем, вскоре и он перестал оглядываться, вспомнив, что у него есть детектор, который покажет ему, если сзади кто-то появится. Само собой, отряду попытались помешать.

– Мы приближаемся к насекомым, – доложил Артист. Три или четыре твари начали плевать в бойцов издалека. Группа открыла прицельный огонь на поражение. Насекомые, однако, судя по всему двигались колонной, поэтому за уничтоженными тварями находились другие, которые тоже попытались атаковать наступавших, но не могли ничего поделать с щитом.

– Двигаемся потихоньку вперёд, ребята! – приказал Громов, – им мешают отступить те, кто находится позади, воспользуемся этим!

Громов вспомнил тактику борьбы с танковыми колоннами противника, разработанную в первые годы Великой Отечественной войны ещё полковником Катуковым: атака начинается из засад поражениями первого и последнего танка в колонне. Повреждённые машины, потерявшие возможность сдвинуться с места, своими корпусами создают остальным танкам затор, что существенно облегчает артиллеристам задачу последующего расстрела всей колонны, в которой уцелевшие танки не могут двинуться ни вперёд, ни назад.

Здесь, правда, возможности полностью повторить такую ловушку не было, но всё же ограниченное пространство трубы и преимущество группы Громова в защите и оружии делали своё дело: уничтожая насекомых, группа неумолимо продвигалась к цели.

Когда Миф ещё был на борту транспортника Соловьёва, он обратился к Кире:

– Слушай, у этого костюма явно должны быть динамики, а ты умеешь читать мысли, а ещё ...

– Я уже поняла, о чём ты. Да я могу передавать твои мысли вслух через костюм, рацию и тому подобное.

– Так почему ты сразу не сказала?

– Ты меня веселишь, когда думаешь, как обратиться к остальным, не прибегая к вербальной речи. Это очень занятно, ты даже подумал отобрать у этого Соловьёва блокнот с ручкой, а потом взлететь на корабль и писать. Да, а твои попытки жестикулировать – это отдельный весёлый разговор.

К этому времени корабль сел и пассажиры начали выходить. Миф заметил, что вышел Соловьёв и начал беседу с Тихоновым.

– Ну, погоди. Вот устрою я тебе, – несерьёзно подумал парень.

– Мне было интересно, когда ты сам додумаешься. Только, главное, помни, что часть мыслей будет отсеиваться.

Миф ожидал более удобный момент для вступления в диалог, и вот, кажется, он настал. Парень выдвинулся к Тихонову, попытался отдать честь. Вспомнив о шлеме, он тут же снял его, но, вспомнив, что так он не сможет говорить, сразу одел.

– Тэк-ма-тэ, – с уважением обратился к командующему, – я Миф, насколько мне было понятно, я от американцев Таури. Простите, но из-за боевого стимулятора Древних у меня онемел язык, и приходится передавать мысли моего мозга через динамики костюма. В костюме сознание Древней, Китежанки, в данный момент она не помнит своего имени, но зовёт себя Кира. Она говорит, что возможно ещё есть союзники Древних, и они могут помочь с нашей головной проблемой в городе – этими тварями. Для этого нужно найти адрес врат и отправится за помощью. Так как Кира, возможно, может помочь с установлением контакта, прошу разрешение присоединиться к отряду.

Тихонов остановился, увидев, что к нему хочет обратиться человек в какой-то незнакомой боевой амуниции. Он молча смотрел, как боец сначала снял шлем, чтобы отдать честь, а потом снова одел, пока не зная, как на это реагировать, но понял, что это и есть Миф, прежде чем тот заговорил и пояснил, чего он хочет. Информация показалась Тихонову весьма любопытной. Однако он не был готов отправить группу прямо сейчас на поиски союзников, к тому же операция по спасению нарийцев ещё не была завершена. Тихонов слегка улыбнулся сквозь мощные усы и ответил:

– Благодарю Вас, Миф, что так быстро доложили эту информацию. Обязательно приму это к сведению. Отправить группу прямо сейчас, разумеется, не могу, они ещё не сформированы, и к тому же операция по спасению нарийцев сейчас более приоритетна. Когда вы с доктором Соловьёвым облетите все сектора города, мы проведём брифинг на эту тему и определим, кто, когда и куда пойдёт. А пока вы отправитесь продолжать спасательную операцию.

В это время Тихонову доложили о возвращении группы Смирнова. Да, как раз в это время экипаж шаттла, о котором мы уже успели подзабыть, завершил свою миссию и спустился в ледяную пещеру, где лежал Китеж. Тихонов собрался идти встречать экипаж шаттла, уже пристыковавшегося к посадочному модулю, поэтому вновь обратился к Мифу:

– Я иду встречать своих людей, кажется, они собрали много интересного о планете, на которой мы находимся. У вас ещё есть вопросы, Миф?

Миф узнал об ещё одном корабле и оглянулся. На визор прошло обновление целей, и теперь он знал и о том, что здесь есть спасательный шаттл.

– Спасательный корабль Древних? – тихо молвил Миф, – ещё один Прыгун?

Началась прорисовка корпуса корабля, и он удивил парня. Андрей Юрьевич внимательно смотрел за реакцией Мифа.

"Похоже, этот костюм может очень много. Уж не дойдёт ли до чтения мыслей?"

– А, нет. Какой-то он другой, – Миф понял, что он отвлёкся, – сэр, извините, нет.

Когда Миф всё же ответил на вопрос, Андрей Юрьевич, бросив несколько испытывающий взгляд на новоявленного суперсолдата, молча отправился встречать команду Смирнова. Миф остался на месте и провёл Тихонова взглядом.

– Читать мысли начальника – это подло, – буркнула Кира, – не находишь?

– А я и не читал, – возразил Миф.

– Но думал. Меня то хоть не обманывай, а?

– Так, тихо, никто ничего не читал, и никто никого не трогал.

– Ой, ну и ладно, – буркнула Кира.

– Не обижайся, пошли посмотрим, что тут есть. Вроде как интересно, – уже с какими-то эмоциями подумал Миф и двинул по ангару, разглядывая всё вокруг.

– Хммм. А что это сейчас было? Забота? Волнение? – ехидно допрашивала парня Кира.

– Челнак. Да ладно тебе уже! Я тут подружиться думаю, а ты... – пробурчал Миф.

– А я что, по-твоему, электроны гоняю? – не унималась китежанка.

– А ты надо мною шутишь и пользуешься считыванием мыслей. И да, ты как раз гоняешь электроны и не слабо так гоняешь!

– Знай: я все ещё умею обижаться, – предупредила Кира.

– Скажи, у меня круто получается? Пытался подружиться, а та обижается, – ворчал Миф.

– Мда, весело. В частности, то, что мы оба пытались это сделать, – пробормотала девушка, – правда способы разные.

Миф так и бродил по ангару, изучая тела, корабли, буквально всё, что притягивало внимание, а его притягивало практически всё. Попутно расспрашивал Киру о истории и технологиях. Тем временем Настя и Лин заметили, что у Фэй и Юли процедуры уже заканчиваются. Чжан уже, видимо, готова была встать с кресла, а Юля спала. Но её кресло тоже показывало, что процесс близок к завершению.

– Похоже, кресло не очень точно оценило, сколько времени ему понадобится, – сделала вывод Настя.

– Может, пора разбудить девушку? – предложила Лин.

– Давай попробуем, – согласилась Настя. Девушки подошли к спящей Юле и прикоснулись ладонями к её щекам.

– Встань, пробудись, спящая красавица, – пропела Лин. Ощутив прикосновение прохладной ладони, девушка зашевелилась, а потом ещё несколько секунд моргала, поскольку в глаза ударил яркий свет. Лишь спустя несколько мгновений она осознала, что над ней склонились две девушки. Ещё мгновение ей потребовалось, чтобы вспомнить имя одной из них... Настя... Анастасия... 

Юля попыталась пошевелиться, но кресло всё ещё удерживало её. Но боли не было. Девушка ощутила лёгкое волнение склонившихся над ней девушек, но никаких намёков на негатив. Девушка вздохнула и тут же напряглась, пытаясь вспомнить, всё то, что произошло перед тем, как она погрузилась в сон. Битва, потеря контроля над беспилотниками, падение одного из них, и ошибка... они недооценили тварей.

– Анастасия... Анастасия Сергеевна... – кажется именно так кто-то обращался к ней, хотя Юля была не совсем уверена, – люди... нарийцы... как они?

На мгновение девчонка нахмурилась, поскольку перед глазами крутился образ цветка. Сияющие руны вроде тех, что были на Звёздных вратах, шесть знаков, последний в центре. Может, этот сон был бредом воспалённого сознания, а может это был адрес, а знак в центре цветка точка отсчёта? Всё возможно, но тогда какова правильная последовательность?

Настя и Лин посмотрели друг на друга. Их взгляд выражал приятное удивление: неужели эта девушка стала проявлять заботу о тех, кто находится здесь? Или это кресло так повлияло на неё? В любом случае, обе докторши оценили, что первое, что спросила Юля, приходя в себя – как себя чувствуют те, кого спасали?

– Им уже лучше, Юлия Викторовна, они весьма благодарны вам за то, что вы для них сделали, – улыбнулась Настя, – мы уже на основной базе и заканчиваем их высадку. Пока кресло лечило вас, мы получили назад свои вещи из домика и сделали всё, что нужно, чтобы помочь раненым, они поправятся. А вы как себя чувствуете?

– Я не знаю, – честно ответила девушка и замолчала. Она и сама не понимала своих ощущений. Боли не было, но эмоции окружающих её людей, хоть и не так сильно, как раньше, воздействовали на неё. Впрочем, её мало волновало её собственное состояние, поскольку она не могла отделаться от ощущения, что должна сделать что-то важное. Но что?

Юля напряглась, вспоминая подробности битвы. Теперь они прорисовывались со всей отчётливостью. Перед глазами девушки промелькнуло, как сбитый тварью беспилотник угодил в один из транспортников, и тот, потеряв управление, врезался в ближайшее здание. Да, всё так, перекрытия дома не выдержали, и часть здания обрушилось на него... Девчонка рванулась:

– Люди в транспортнике... они живы?! – лишь при попытке встать, она осознала, что её всё ещё удерживают поля кресла. Боли не было, но невозможность пошевелиться вызвала секундную панику. Девушка тихо застонала от беспомощности. И перевела взгляд на Настю.

Ни Настя, ни Лин, конечно, понятия не имели, как там дела у группы Громова, поскольку подполковник велел не ждать его возвращения. Однако Настя считала, что Юле совсем необязательно прямо сейчас куда-то рваться, не зная, куда. Поэтому попыталась успокоить её, заговорив в духе героев фильма "Экипаж", когда те поставили задачу устранить панику:

– Ну, конечно же, живы, Юлечка, – спокойно ответила Настя, – подполковник Громов вытаскивает их вовсе не голыми руками, если вы так подумали, и их скоро привезут сюда. На другом корабле, конечно, но непременно привезут. Вам не стоит так волноваться, иначе процедура затянется, и вы пропустите самое интересное.

Девушка прикрыла глаза, стараясь выровнять дыхание. Её успокаивали, но она прекрасно осознавала, что не всё так просто. Твари эволюционировали, люди столкнулись с очень опасным противником, сильным и жестоким. При этом ей совсем не нравилось, что твари перестали бояться оружия. Это не сулило им ничего хорошего.

Сделав глубокий вдох, девушка открыла глаза и вновь посмотрела на Настю и черноволосую девушку. Они казались ей такими хрупкими. В тоже время в светловолосой девушке чувствовалась скрытая сила. Сама Юля знала, что может многое вынести, хотя, если что и пугало её, так только беспомощность, и мысль, что из-за её слабости могут пострадать другие.

– Как скоро я смогу встать? – мысль о том, что видение как-то связано со всем происходящим не давало покоя, хотя девчонка прекрасно осознавала, как отреагируют врачи: просто признают невменяемой.

– Процедура уже завершается, – ответила Настя, – ещё минутка, и кресло должно вас отпустить. Вероятно, оно не позволяет прерывать процедуру раньше времени.

В это время появился Игорь Андреевич.

– О, Юля! Я вижу, вам уже намного лучше, – улыбнулся Игорь, – во всяком случае сейчас вы выглядите гораздо лучше.

Как раз в это время на голограмме стали появляться новые надписи, и Настя попросила прочитать их.

– Здесь говорится о том, что пациенту для дальнейшей реабилитации понадобятся вспомогательные средства, ну, вроде физраствора, витаминов и т.д. Это больше по вашей части, – комментировал Игорь, – а так, судя по всему, кресло выполнило большую часть лечебных процедур, а органеллы – так оно "называет" эти наномашины – выведутся из организма Юли естественным путём. О, процедура завершена!

Красные области с голограммы исчезли, и Юля смогла почувствовать, что к её конечностям вернулась способность двигаться, и она могла встать с кресла. Чжан тоже встала со своего кресла и тоже чувствовала себя намного лучше. Игорь хотел сообщить, что собирается лететь по другим секторам за остальными нарийцами, но тут появился солдат и сообщил, что Юлию Викторовну, если ей можно передвигаться, хочет видеть полковник Тихонов.

– Да, она может идти, – подтвердила Лин.

– А где сейчас полковник? – осведомился Игорь Андреевич.

– Он поднялся в диспетчерскую башню встречать экипаж спасательного шаттла, – ответил солдат.

– О! Значит, доктор Джексон вернулся! Пожалуй, я тоже через пять минут перекинусь с ним парой слов, – воскликнул Соловьёв. Очевидно, в это время полковник Тихонов уже беседовал с вернувшейся из полёта над планетой командой Смирнова и хотел поговорить и с Юлей тоже. Но об этом мы узнаем позже, а пока посмотрим, чем завершилась спасательная операция группы Громова в пригороде.

После не более чем 10 минут наступления, сопровождаемого плотным огнём из стрелкового оружия, Шторм-посоха и Зетта-скорострела, группе Громова удалось расчистить дорогу к дому, в который влетел транспортник Кислова. Труба технического тоннеля и подвал здания, под которым тот пролегал, получили серьёзные повреждения. Отряд выбрался в подвал через огромную, рваную дыру в тоннеле. Прямо над подвалом, несколькими этажами выше, можно сказать, на "честном слове", висел транспортник. Поле ещё защищало его, но насколько его хватит? Двери были закрыты. Монстров пока не было видно, но это не означало, что нужно расслабляться. Бойцы и Петровский прикрывали выходы из тоннеля, а Артист всё еще был центром силового поля.

– Надеюсь, мы не опоздали, – сказал Громов, – контролировать периметр. Гром вызывает третью пилотажную группу, приём. Мы видим ваш корабль.

Задняя дверь-рампа открылась. Две группы людей уставились друг на друга. Несмотря на то, что корабль висел практически вертикально, люди внутри чувствовали себя нормально. Они не спешили скатываться вниз по закону всемирного тяготения.

– Можете спуститься? – спросил Громов используя ту же рацию, чтобы не кричать на всё подземелье.

– Так точно, сэр. У нас тут есть верёвка и некоторое оборудование. Хорошо, что догадались захватить, – отвечал сержант Чандлер. На приготовления ушло несколько минут. Несмотря на свою ворчливость, Раймонд оказался профессионалом своего дела. Он быстро и чётко подготовил и закрепил всё необходимое оборудование для спуска.

Первым полез сержант Ю Юн Ли. Очень ловкий и юркий китаец спустился за считанные мгновения, никто даже удивиться не успел. Раз, и азиатский боец уже стоит с автоматом на перевес, прикрывая один из входов в технический тоннель. А вот с Екатериной Павловной произошла заминка. Девушка не могла понять, как лучше лезть. До определённого момента гравитация корабля удерживала как надо, а потом резко менялось, и вот ты уже не ползёшь, а висишь.

Она легла на рампу и, действительно, поползла, пока не оказалась за пределами корабля, а там медленно, но верно спустилась вниз. Она была достаточно спортивной девушкой, но в подобной ситуации оказалась впервые. Впрочем, её никто не торопил, а то мало ли, что могло произойти... Екатерина Павловна тоже была вооружена, и настроена она была весьма по-боевому. Тут же присоединилась к мужчинам, как на учениях.

Кислов начал довольно бодро, но, наверное, не рассчитал смену гравитации и своего веса. Он, конечно, был достаточно крепким парнем, но избыток веса всё же был. Когда он покинул корабль, то едва не упал, когда покинул область гравитации транспортника, но страховка сработала. Правда без травм всё же не обошлось: Семён Аркадьевич умудрился немного ободрать ладони.

С Егором проблем не возникло. Долговязый, худой, но жилистый человек без особого труда справился с задачей. Правда, когда он уже почти приземлился, корабль вдруг со скрежетом проскользнул вниз ещё на пару метров. Силовое поле мигнуло и отключилось – теперь корабль остался один на один вмурованный в конструкцию из перекрытий и другого мусора. После такой шутки спасённые и отряд спасателей, предпочли несколько отойти от опасной штуки.

Последним полез сержант Чандлер. Конструкция жалобно скрипела и была готова обрушиться на головы отряда. Несколько обломков действительно упали сверху, но силовой щит Артиста защитил группу. Семён действительно во время спуска был сосредоточен на контроле за тем, чтобы вовремя прикрыть своим щитом головы людей, если что-нибудь начнёт падать сверху. При этом не забывал посматривать в детектор, чтобы не зевнуть возможное приближение насекомых. Наконец, сержант оказался на земле. Все с облегчением выдохнули.

– Так, а теперь двигаемся быстро, но осто...

– БЕРЕГИСЬ! – крикнул Петровский. Не успел Громов договорить, как вся конструкция таки не выдержала и начала рушиться. Сначала посыпался мусор, затем обломки побольше и, наконец, сам корабль. Но группа успела после предупреждения Петровского отскочить к другому концу подвала. Артист, как и все остальные, успел среагировать на предупреждение Петровского и даже помог своевременно отпихнуть своим щитом Чандлера и Кислова. Силовое поле выдержало, но было изрядно разряжено...

– Все целы? – пространство подвала как-то резко уменьшилось и та часть, откуда пришла спасательная группа, была полностью завалена обломками.

– Вроде все...

– Обратный путь закрыт, – констатировал Петровский.

– И как же мы теперь выберемся?? – испуганно спросила Екатерина Павловна.

– Спокойствие, только спокойствие, – невозмутимо ответил Громов, – капитан?

– Да, товарищ подполковник, что бы вы делали без меня? – самодовольно улыбнулся Злотников, – уже ищу варианты!

Детектор жизненных форм, как известно, не только показывал наличие таковых, но и выводил это на своеобразную топографическую карту пространства. Поэтому Артист мог видеть, что этот туннель здесь вовсе не единственный. Под зданиями целая сеть таковых, и, если пойти отсюда в другом направлении, можно попасть в ответвления к другим зданиям. К счастью, Семён запомнил на карте точку, из которой они выдвинулись сюда, и мог найти в лабиринте обходной путь.

– Есть! Я нашёл обходную дорогу, которая может вывести нас к исходной точке, мы подойдём к зданию Хранителей с другой стороны, – воскликнул Артист. Громов обратился к Ю Юн Ли и Чандлеру и попросил их представиться, после чего скомандовал:

– Ведите нас, капитан.

Компания двинулась по туннелю в свободном направлении. Дойдя до ответвления влево, по указанию Семёна, повернули в соседний туннель. Через 30 метров он привёл их в ещё один туннель, где нужно было двинуться направо. Ещё через 15 метров вновь поворот налево. Затем через 20 метров снова налево.

– Капитан, вы уверены, что правильно ведёте нас? – жалобно спросила Екатерина Павловна, чувствуя, что компания играет в игру "Лабиринт".

– Положитесь на меня, сударыня, – весело ответил Семён, – и на мой навигатор. Он, наверно, будет получше GPS. Так, стоп, ребята! Впереди ещё одна развилка, там снова надо будет повернуть налево, но справа к ней приближается ещё полтора десятка насекомых!

– Мы сможем дойти туда раньше них? – спросил Громов.

– Да, если пойдём быстрее, но не сильно опередим их, – дал прогноз Злотников.

– После поворота налево сколько ещё идти?

– Дальше будет ещё один поворот направо, и два поворота налево, они выведут нас к исходной точке, – ответил Артист, – эта дорога чиста.

– Ясно. Так, всем ускорить шаг, – скомандовал Громов, и компания пошла быстрее, – капитан, следите за насекомыми. Как только дойдём до развилки, выстроить боевой порядок и перекрыть правый поворот. Семён Аркадьич, Екатерина Павловна, Егор Петрович, когда мы блокируем правый поворот, вы начнёте двигаться в левую сторону, а мы будем прикрывать ваше движение. Всем ясно?

Компания подтвердила, что все всё поняли, и как только добрались до развилки, все имеющиеся военные заняли боевую позицию, выдвинувшись немного в правом направлении: ВДВ-шники с орудиями Мифа, как и прежде, посередине туннеля стоя, за их спинами капитан Злотников, по бокам в полуприседе Громов и Петровский, за Громовым и Петровским Ю Юн Ли и Чандлер соответственно стоя. Таким образом, насекомых готовы были встретить теперь уже 6 стволов, направленных сверху и снизу. Их, как и прежде, всё ещё прикрывал щит Злотникова.

Кислов, Денисова и Кольцов двинулись в левую сторону, и как раз тут приблизившиеся насекомые попытались атаковать. Вся боевая группа встретила их шквальным огнём из всех орудий, от которых тварям в этой трубе и на этот раз деться было некуда. Впрочем, и бойцы не стремились оставаться на месте, пока не уничтожат всех насекомых. Увидев, что Кислов, Денисова и Кольцов уже двинулись в нужном направлении, Константин Николаевич скомандовал:

– Отступаем за ребятами! – не прекращая отбивать попытки нападения со стороны насекомых, бойцы стали отступать назад, стараясь не нарушать боевого порядка. Это им удавалось, так они все были профессиональными военными, и двигаться, пятясь назад, было для них делом обыденным. Да и твари вскоре поняли, что особых шансов взять столь хорошо вооружённую группу у них нет, и прекратили попытки нападения, но не оставили преследования, словно ждали, что рано или поздно группа попадёт в менее выгодное положение.

– Направо поворачивайте, направо! – крикнул Артист, увидев, что троица на ближайшей развилке повернула снова налево. В дальнейшем он взял на себя командование их движением, и вскоре группа добралась, наконец, до лестницы в здание Хранителей, преследуемая семью уцелевшими насекомыми. Здесь Кольцов с Кисловым подсадили к лестнице сначала Екатерину, затем вместе с Ю Юн Ли подсадили Кислова, а затем уже наверх полез сам Кольцов. После этого один за другим стали подниматься бойцы.

Артисту пришлось подниматься последним, так как он не мог бросить там остальных бойцов без щита, который, впрочем, как ему казалось, постепенно слабел, вероятно, из-за растягивания его в диаметре на 3 человек. Хотя ВДВ-шники тоже поднимались в числе последних, всё же должен был наступить момент, когда Семён останется в трубе один, и при нём будет только щит. И насекомые пытались этим воспользоваться, к тому же Злотникова подсадить было некому. И всё же Семён изловчился и допрыгнул до нижних ступенек лестницы, ухватившись за них руками. Он с трудом подтянулся до следующей ступеньки и понял, для чего иногда нужно уметь подтягиваться. Чтобы помочь ему взобраться ногами на лестницу, бойцу с Зетта-скорострелом, за которым он двигался, пришлось подавать руку Артисту, правда, для этого Семёну пришлось выключить щит, который, как известно, экранировал всё и вся. Насекомые попытались этим воспользоваться, поэтому бойцу пришлось срочно бросать руку Злотникова, хватать Зетта-скорострел и палить вниз, чтобы твари не сожгли Семёну ноги кислотой.

Немного понервничавшего Артиста всё же втащили на лестницу, и вскоре вся компания была уже наверху и немедленно проследовала в транспортник, ожидавший их у дверей здания Хранителей. Семён занял своё место за штурвалом, и корабль по приказу Громова взял курс на ангар.

Категория: Фан-зона | Источник | Автор: Актёр, Methos, Феникс, Миф | Просмотров: 162 | Рейтинг: 0.0/0 |

Полное или частичное копирование материала без указания ссылки на зв1-тв.рф запрещено!

Всего комментариев: 0
avatar











Наши партнёры и друзья:

Все размещённые на сайте материалы являются собственностью их изготовителя, и защищены законодательством об авторском праве. Использование материалов иначе как для ознакомления влечёт ответственность, предусмотренную соответствующим законодательством. При цитировании материалов ссылка на зв1-тв.рф обязательна!

© ЗВ-1-ТВ.РФ